В романтических книгах встречается описание, когда героиня, увидев героя, забывает дышать, а ее сердце пропускает удар или парочку ударов. Вот именно это и произошло сейчас с Аней, хотя до романтики тут было далеко.
Пока ужасная тварь принюхивалась, девушка, кажется, даже не дышала. По крайней мере, не осознавала этого, и только когда зверюга все так же ловко вскарабкалась по пологому склону и исчезла из вида, к Анне вернулась возможность дышать и соображать.
Только что перед ней находился оборотень. Никаких сомнений в этом не было. Он искал их, готовый растерзать без малейших колебаний. Он едва не обнаружил их и до сих пор находился где-то рядом, в опасной близости! Некстати вспомнились фильмы ужасов, где зло обнаруживает спрятавшегося героя как раз в тот момент, когда несчастный уже начинает верить, что угроза миновала и ему удалось спастись.
Даже боль в спине перестала играть малейшую роль. Девушка закрыла глаза.
«Пожалуйста, – взмолилась она неизвестно кому. – Пожалуйста, пусть он не найдет нас!»
Ей казалось, что ее сердце стучит слишком громко, в ушах шумел участившийся пульс.
Минуты тянулись и тянулись, растягиваясь в вечность.
Наконец, Жан тронул ее за плечо, а потом осторожно высунулся из убежища, прислушиваясь и приглядываясь.
– Они ушли, – проговорил он очень тихо. – Можем двигаться дальше. Но не шуми. Поняла?
Аня кивнула. Спорить с парнем ей совершенно расхотелось.
Они прошли по оврагу, причем Жан, двигающийся впереди, то и дело замирал, прислушивался и едва ли не принюхивался, по крайней мере, он опускался на колени и изучал на земле нечто совершенно неочевидное, и только затем подавал рукой знак, что можно продолжать путь. Иногда он оглядывался на Аню и страдальчески морщился из-за сущих пустяков типа хрустнувшей под ногой ветки.
Так они продвигались довольно долго, отчего девушка, первоначально обрадовавшаяся возможности двигаться и размять больную спину, очень сильно устала. В какой-то момент парень сделал ей знак стоять, выставив ладонь вперед, а сам скрылся из вида.
Только оставшись одна, Аня, наверное, до конца оценила этот жуткий лес. Где-то насмешливо ухнула птица, а деревья, кажется, наблюдали за ней с ироничной непреклонностью. За спиной раздавался хруст, и девушка оглядывалась, уверенная, что это пришли за ней, но никого не было. Лес словно издевался.
А Жан все не появлялся и не появлялся.
Она уже решила, что он ее бросил, спасая собственную шкуру, или погиб где-то в недрах этого уже без сомнения живого чудовища, но тут парень вдруг вышел из-за толстых стволов. При виде его перемазанной грязью физиономии Аня почувствовала нереальное счастье. Сейчас все ее надежды вдруг сосредоточились на этом заморыше.
Парень настороженно огляделся, прижал палец к губам, а затем поманил Аню за собой.
Она шла за ним из последних сил, уже почти равнодушная к собственной судьбе, не понимая и не любопытствуя, куда ведет ее малолетний проводник.
Внезапно лес расступился, и они очутились на речном берегу.
Парень пошарил в кустах и вытащил небольшую утлую лодку.
Она казалась такой старой, хлипкой и ненадежной, что Аня, вдруг вспомнив о своем страхе, помотала головой в ответ на однозначный пригласительный жест.
– Лично я поплыву, – проговорил Жан тихо, но многозначительно. – Хочешь – возвращайся в лес.
Девушка оглянулась.
Стоящий стеной мрачный лес оказался весьма весомым аргументом.
Пришлось забираться в лодку, проклиная геройство, обладающее романтикой исключительно издалека, с безопасного расстояния.
Тем не менее парнишка оттолкнул от берега лодку, запрыгнул в нее и принялся грести по течению. Не дне их самозванного корабля хлюпала вода, но пока ее оказалось не слишком много.
Река была не широкой, так что, пожалуй, шанс спастись и кое-как добраться до берега существовал при любом раскладе. Это немного успокоило девушку. Она, наконец, смыла с лица и рук засохшую грязь и принялась оглядываться.
С одной стороны тянулся темный лес, такой же мрачный и зловещий, как в том месте, где они в него входили. С другой – равнина, поросшая корявыми деревцами и колючим кустарником. Хмурое небо добавляло этой картине готических красок, и Аня решила, что этот пейзаж может служить отличной иллюстрацией для любого фильма ужасов.
– Удачно, что эта лодка здесь оказалась. Как раз вовремя, – заметила она, поглядев на сосредоточено гребущего Жана.
– Эта лодка моего отца, – ответил парень сухо.
И его слова показались Ане летящей стрелой.
– А… – пробормотала она, с сожалением вспомнив о тех гадостях, которые наговорила. – Извини, пожалуйста, – сказала она после длительной паузы. – Я не хотела тебя обидеть. У меня самой мама умерла… В общем, это, наверное, от нервов. Я представляю, как тебе было трудно…
– Ты не представляешь, – раздельно проговорил Жан и отвернулся.
