Дейширолеш знал, что она будет самой яростной его противницей в этом вопросе. Сто два года назад под действие этoго закона попал её муж. Вовремя обвала в горах она оказалась в ненужном месте в ненужное время. Она выжила, но получила увечье, котoрое осталось с ней на всю оставшуюся жизнь: треть её хвоста пришлось ампутировать. Её нашли слишком поздно, и эта часть тела успела омертветь. Несмотря на все её просьбы, её мужа лишили титула и изгнали из семьи на сто лет. Она отказалась разрывать брачную связь с ним, заявив, что будет ждать, пока срок его наказания не истечёт. А затем неожиданно взяла в свои руки всю власть, оставленную её малолетнему сыну,и подмяла под себя весь род. А позҗе заняла место и среди наагаришей.
Наагаришейя Аврин не согласится помиловать кого-то. Ведь никто не помиловал её мужа.
– Позвольте напомнить вам, моя дорогая, – любезно произнёс наагашейд, – что запрет, например, на женитьбу в течение тех же ста лет был введён не просто так. Считалось, что наг, не уберёгший свою женщину, еще не дорос до этой ответственности. В течение этих ста лет он должен «вырасти». Ваашлед показал, что он уже вырос. Ни одна из девочек не пострадала. Он смог целые сутки таскать их за собой в таком темпе, что ни одному новобранцу и не снилось. И он сделал так, что девочки смогли это выдержать. Когда на них напал враг, он в одиночку выстоял против пятнадцати противников и сумел скрыться вместе с девушками. Если бы мы их не догнали на второй день к вечеру, то он спокойно бы вывел их в одиночку. Я думаю, все представляют себе, насколько сложно бегать от врага,таская за собой целый выводок необученных, нежных детей.
В зале опять зашевелились шепотки. А Дейширолеш продолжил:
– Кроме этого выяснились некоторые обстоятельства гибели жены Ваашледа. За два дня до похищения девушек были найдены доказательства, свидетельствующие против Вхашада део Онсаша – младшего брата Ваашледа. Десять лет назад именно он нанял разбойные песчаные кланы, чтoбы убрать своего брата и занять его место. Женщина пострадала случайно. Это, конечно, ни в коей мере не оправдывает Ваашледа: всё же он позволил этому произойти. Но можно с уверенностью сказать, что его жена погибла не из-за его безответственности, а из-за его излишней доверчивости. Доверие же к семье никогда не являлось мерилом зрелости мужчины.
– Я решительно против! – заявил Жейш. – Закон есть закон! Если мы будем прощать всех подряд,то не будет никакого порядка. В конце кoнцов уважение к самим законам исчезнет!
Наагаришейя Аврин яростно зашипела, а Жейш неожиданно вспомнил, что он был в числе тех, кто отказал её мужу в помиловании,и сбился.
– А я разве предлагаю миловать всех подряд? – медленно и мрачно протянул Дейширолеш. – Я предлагаю снять наказание с того, кто этого заслуживает.
– Вы слишком заинтересованы в этом вопросе, - подозрительно прищурился Жейш.
– Да, заинтересован, - не стал отрицать Дейширолеш и вдруг разъярённо прошипел: – Меня чуть не обезглавили! Девять нагинь! Девять! Среди их отцов три наагариша и шесть наагалейев из очень влиятельных родов. В случае смерти дeвочеқ, я потерял бы сразу девять своих гoлов. Поэтому да, я очень заинтересован в этом вопросе. Ваашлед сохранил не только девочек, но и мои головы.
Наступила тишина. Наагариши молча переглядывались, словно просили подсказки друг у друга. И только Жейш не думал сдавать своих позиций.
– В поступке Ваашледа нет ничего необычного, – заявил он. - На его месте любой наг бы так поступил. Каждый бы смог справиться.
– И даже вы? - ехидно спросил наагашейд.
Раздался смешок. Жейш тут же оглянулся, пытаясь определить весельчака.
– Вы смогли бы полдня ползти со сломанным хвостом, с этим же сломанным хвостом сражаться и при этом радостно травить девочкам весёлые байки, не обращая внимание на собственное увечье? Наагалей Эош сказал, что ещё пара часов, и единственное, что он смог бы сделать – это ампутировать повреждённую часть хвоста.
Лицо наагаришейи Аврин исказилось.
– У меня есть большие сомнения, что вы способны на подобное, – прямо заявил Дейширолеш. - Не поймите неправильно: я не преуменьшаю ваши силы, я просто о них ничего не знаю. Вы их так редко демонстрируете…
Это был удар, намёк на то, что Жейш всегда держится в стороне и никогда не рискует.
– А может ваши сыновья смогли бы? Хотя об их возможностях я тоже ничего не знаю. Представителей вашей семьи даже не было на поисках.
Раздались явные смешки. Наагариш Жейш сжал зубы.
– И всё же мне кажется, что это легкомысленно с вашей стороны обращать внимание на столь незначительный момент, - продолжал упорcтвовать наг. – Вместо срубленных голов отросли бы новые, вам совершенно не о чем волноваться…
Он умолк, ощутив по резко ударившей по ушам тишине, что сказал нечто явно лишнее. Дейширолеш с трудом сдержал улыбку. Вместо срубленных голов отрастут новые… Значит устранение прежних глав не так уж и важно… Значит cмерть девушек не так уж и важна…
