Самым важным было, однако, то, что Берк выразил готовность подтвердить свои показания перед прокурором и судом, подкрепив их присягой. Для Сирагузы, который давно уже располагал всеми сведениями о закулисной стороне торговли наркотиками и о ее заправилах, но до сих пор не имел свидетелей, необходимых, чтобы положить конец этому преступному промыслу, заполучить такого свидетеля обвинения, как Элмер Берк, было необычайно ценно.
А Элмер Берк со своей стороны этим признанием покупал свободу. Он мог больше не опасаться многолетнего тюремного заключения, предусмотренного законом за соучастие в торговле наркотиками. По американскому уголовному праву преступник, исполняющий второстепенную роль, освобождается от наказания, если добровольно выдает своих сообщников и соглашается выступить на процессе свидетелем обвинения. Подписав протокол признания, Элмер Берк мог бы уже на следующий день покинуть тюрьму в Канзас-Сити, однако, слишком хорошо зная законы преступного мира, решительно отверг великодушное предложение Сирагузы: больше 24 часов ему все равно не позволили бы пользоваться полученной свободой. В гангстерских кругах предательство неумолимо карается смертью. Он, Берк, и сам не раз приводил в исполнение смертные приговоры. Поэтому он взмолился, чтобы ему и дальше было позволено оставаться в камере каторжной тюрьмы Канзас-Сити. Спартанская жизнь за тюремной решеткой была ему в тысячу раз милее похорон на казенный счет.
Казалось, на сей раз некоторые гангстерские боссы действительно поплатятся головой. Вито Дженовезе, распределявший получаемый от Лукки Лучано «фрахт» по пятидесяти американским штатам, был арестован на своей помпезной нью-йоркской вилле. Человек, о котором всей Америке было известно, что он за свои 57 лет и цента не заработал честным трудом, однако располагает 30-миллионным состоянием, лишь снисходительно улыбался, когда трое агентов ФБР сопровождали его к черному «кадиллаку». Выстроившимся возле машины фотокорреспондентам он весело бросил:
- Всего лишь маленькая формальность, ребята. Я скоро вернусь.
У Дженовезе были все основания не воспринимать этот арест слишком трагично. За время своей преступной карьеры он пережил уже 11 арестов и 11 судебных процессов. Четырежды его привлекали к ответственности за подстрекательство к убийству, дважды - за сокрытие доходов от налога и пять раз за торговлю наркотиками. Но все 11 раз присяжные вынуждены были оправдывать его за недостаточностью улик. Ни разу не нашлось свидетеля, который под присягой подтвердил бы суду, что Дженовезе действительно совершил инкриминируемые ему деяния. За два года до этого уже объявился один мелкий гангстер Гарри Уэстен, готовый, подобно Элмеру Берку, выступить свидетелем обвинения против Дженовезе. Но когда Уэстена везли из тюрьмы в суд, полицейскому автомобилю неожиданно преградил дорогу грузовик, и свидетель обвинения посреди улицы в самом центре Нью-Йорка был увезен двумя неизвестными на ожидавшей тут же частной машине. Прокурор и на этот раз не смог подкрепить выдвинутое обвинение, и Дженовезе снова оправдали.
Через несколько месяцев полиция поймала обоих гангстеров, похитивших и затем убивших Гарри Уэстена. Это были наемные убийцы, готовые за несколько тысяч долларов прикончить любого человека. Задание убить Гарри Уэстена они получили от одного из подручных Дженовезе. Самого Дженовезе они не знали. Таким образом, и в этом случае осудить его за подстрекательство к убийству не удалось.
С какой же стати Вито Дженовезе должен был бояться двенадцатого процесса? Когда несколько часов спустя портрет улыбающегося гангстерского короля появился в нью-йоркских газетах, он сопровождался следующим текстом:
«Что замышляет Дженовезе на сей раз? Сумеют ли вовремя заткнуть рот свидетелю обвинения?»
Газеты заранее потешались над бессилием американского правосудия, печатали карикатуры и изощрялись в остроумии. Кроме Дженовезе, были арестованы еще семеро торговцев наркотиками, отказавшихся давать какие-либо показания и упорно в один голос твердивших, что не только не получали от Вито Дженовезе и Лукки Лучано запретного товара, но и их самих никогда в глаза не видели. От этих арестованных прокуратуре было мало толку, ожидать помощи от них не приходилось, и, таким образом, исход процесса зависел исключительно от показаний Элмера Берка.
Но Элмер Берк не успел дать показания. Находясь в тюрьме в Канзас-Сити, он неожиданно получил сообщение из прокуратуры о назначении ему официального защитника. Берка это известие встревожило. Ведь его вообще не должны были судить, а значит, ему не нужен был защитник. Отказавшись от встречи с назначенным защитником, он потребовал свидания с прокурором, чтобы убедиться, что его не собираются надуть и, выудив все необходимые сведения, все же посадить на скамью подсудимых.
