Голоса… Все слышат голоса, которые указывают, что делать и как жить: «купи это», «съешь то», «спроси совета», «работай», «отдыхай»… Но лишь немногие отчетливо осознают, что это голоса, а не самостоятельные решения, основанные на осознанном выборе. Один из сотрудников делового центра больше не в силах противостоять голосам и совершает изощренное убийство: тело милого паренька с ресепшен находят на парковке с зашитым степлером ртом и карандашом в горле.Следователь Максим Глебович Разумовский сразу понимает, что дело сложное и раскрыть его будет непросто: в нынешние времена всеобщей неврастении слишком много вокруг развелось психопатов… Только вот насколько быстро получится у него вычислить того, кто больше не в силах сопротивляться голосам? И как скоро преступник опять услышит «убей»?!
Мир без психопатов? Он был бы ненормален.
Следователь Максим Глебович Разумовский неторопливо подошел к бизнес-центру. День обещал быть сложным. Максим Глебович не любил такие дни, много людей, вопросов, версий… Только зря потеряет сегодня время.
Люди срывались с катушек и творили страшные вещи, у всех нехорошо с мозгами, у всех свои заморочки, тараканы, фобии. Чем дальше общество идет по пути прогресса цивилизации, тем больше получает психозов и расковырянных душевных ран. Люди научились жить с внутренними демонами и жить комфортно, всюду нося их с собой, словно вторую кожу. Люди научились замечать мистеров хайдов и сосуществовать с ними. Одни сносно, другие нет… Последние и попадаются. Потому что осознают в себе зло и пытаются избавиться. Тем хуже для них, эта борьба приводит к последствиям и предается в руки правосудия.
Молодого мужчину убили на парковке. Убили зверским способом – проломили череп, воткнули в горло острый предмет и зашили степлером рот.
Острого орудия, которым проткнули шею, на месте преступления не нашли, но экспертиза однозначно указала на то, что шею проткнули длинным острым предметом. Степлер и карандаш. Офисный планктон научился изощряться.
По информации предварительной экспертизы также выяснилось, что мужчина умер, ударившись о выступ в стене. Однако другие травмы однозначно указывали на то, что напавший далеко «не в себе».
Что такого сделал молодой мужчина, что кому-то захотелось сшить губы металлическими скобами и проткнуть шею… Скорее, сказал. Не то сказал… Настолько неуместное и неприятное, что нападавший пытался заткнуть рот даже после того, как парень испустил последний вздох.
Следователь закурил, выдохнул дым длинной, тонкой сигареты и поморщился. Запрет на курение в помещении только мешает работе, никотин помогает думать четко и структурно, а без него дела начинают плестись, словно старушки с пропахшими древней пудрой и ванилином дряблыми тельцами на базар.
Прошло пару часов с тех пор, как он изучил место преступления, но четкого плана пока не было. Версия – как муза, надо только почувствовать вдохновение, а после успеть поймать за хвост, чтобы дальше разложить по полочкам. Единственное, что следователь уже знал, так это то, что парень наговорил того, чего говорить не следовало. Крайне опасному человеку. Убийца или осознает то зло, что в нем сидит, или нет. Лучше бы не осознавал и боролся с ним, тогда наделает ошибок и будет наказан по букве закона.
Двадцатиэтажный бизнес-центр, сотня компаний арендаторов, тысячи сотрудников… Задача предстояла сложная, но Максим Глебович любил головоломки.
Кого мог так разозлить маленький человек с ресепшен, молодой парень, приехавший из какого-то села шесть лет назад? Нормальных людей уже не осталось – масса исследований на тему «психопатия и любовь к кофе», «психопатия и веганство», «психопатия и цвет»… В любом человеке можно откопать психопата, если подобрать правильный тест. Все вокруг давно психопаты, скрытые или явные, больше скрытые. И вот один сорвался.
Каждый из работников бизнес-центра проходил мимо парня на ресепшен несколько раз в день, но лишь один накапливал гнев, словно снежный ком, который и привел к этому странному убийству. Дальше будет больше. Так всегда бывает, стоит выпустить Хайда на прогулку, Хайд будет желать испытать новые эмоции еще и еще…
Максим Глебович стряхнул пепел, шумно затянулся и закашлялся. Он старался докуривать до самого фильтра, это превратилось в ритуал. Чем отвратительнее было ощущение от выкуренной сигареты, тем меньше тянуло снова закурить. А эти новомодные штуки с приспособлениями для курения считал откровенным самообманом и самоистязанием. Как резиновая баба вместо настоящей. Скоро на них жениться разрешат, чертовы прогрессоры…
Окружающие считали Максима Глебовича красивым мужчиной. Он действительно хорош собой: высокий, подтянутый, с аккуратной прической и красивыми руками. Коллеги называли следователя за глаза «агентом», он находил это лестным, и собственный образ нравился ему еще больше. Если бы он мог себе позволить, то носил бы шляпу, но позволить себе этого Максим Глебович не мог по той причине, что не хотел становиться карикатурой на кинематографических сыщиков.
Так что к строгому серому костюму и начищенным до блеска ботинкам он подбирал темно-вишневый идеально отглаженный галстук, а виртуальную шляпу все могли домыслить сами.
В это утро на улице было неуютно – шквалистый ветер и острый неприятный дождь. Руки и лицо словно поклевала стая черных воронов. Небо, меняющее настроение каждую минуту от серой хмурости до рыжей игривости… Это неприятно отдавало ноющей болью в висках и приливами тошноты.
