Она бросила взгляд на прикрытую дверь, невероятная мысль затмила рассудок. Ведь было с ней подобное, однажды, и никто не вошел, не открыл ту проклятую дверь.
В коридоре послышались шаги.
Инга вскочила и резко потянула на себя, ставшую такой легкой, железную дверь...
Платье Ла Манчи. В тени Южного Креста... Глава вторая
Двери бесшумно разъехались, отчего человек вздрогнул.
В лифт вошла молодая женщина в черном, летнем платье. Серые глаза-льдинки нескромно прошлись по ладной, мужской фигуре. Худенькая, светленькая, в моем вкусе, - подумал он, успокаиваясь, - шведка или норвежка, хорошо побриться успел в самолете...
***
Два дня путешественник жил на крыше, спускаясь в номер только за самым необходимым, сигаретами и выпивкой.
Днем валялся на пластмассовом лежаке, под большим зонтиком, у неглубокого бассейна. Вглядывался в кварталы крыш, прочерченные провалами улиц. Здесь никто не беспокоил. Выше был только каменный Христос.
Изредка, идиллию нарушал одномоторный самолетик, таскавший рекламу на хвосте. Потом, в невидимом хронометре снова замирали колесики механизма. Мысли текли, как смола в плавильном чане и ощущались физически.
Вечер приносил свежесть с океана. Ленивая Avenida Atlantica наполнялась рубиновым блеском стоп-сигналов и рыком породистых железных зверей. По пешеходным дорожкам шли красивые, нарядно раздетые женщины. Навстречу ехали дорогие лимузины. Ему нравился этот вечерний танец бабочек и мотыльков у неоновых огней ресторанов и дискотек.
Напротив, у перекрестка, трудилась длинноногая девица. Клюнувшим на приманку она умело заговаривала зубы, давала трогать обнаженные груди. Спустя некоторое время, плейбой возвращался, обнаружив пропажу денег из карманов, но девицы уже и след простыл.
Постепенно уличный шум становился тише, с изумрудных холмов на город опускалось чернильное покрывало ночи.
Опустошенная бутылка виски давала знать - дважды он пытался отыскать Южный Крест, но звезд было так много...
На третий день он освежил мужественное лицо лосьоном и пружинящим шагом вышел из номера.
Улица встретила финской сауной, вкусными запахами и звуками большого, незнакомого города . Возле груды, сваленных прямо на тротуар, свежих ананасов, на обрывках газеты, спал оборванец в испачканных шортах. По Avenida Atlantica медленно ехал джип с открытой платформой, на которой, под громкую ритмичную музыку из огромных колонок, двигались мускулистые молодые тела.
