– Неужели заметил? – наигранно удивилась она. – Я уж было подумала, что ты вообще перестал меня замечать. Такое бывает, когда привыкаешь к своему дивану. Подходишь к нему и, не глядя, комфортно устраиваешься на нем. Вспомни, о чем ты в последний раз, кроме своего бизнеса, разговаривал со мной?
– Но у меня просто не остается свободного времени!
– В том-то и дело! На меня в твоем расписании времени не отводится. Я забыла, что значит спокойно пообедать или поужинать без непрерывных звонков.
– Перестань, Крис, не все так плохо. – Стивен протянул руку, чтобы погладить ее по голове. Он настолько был увлечен предстоящей встречей с Антонио, что не хотел ссоры. – Ну правда же.
Она отвернулась. В этот момент бесшумно возник Виктор и объявил о прибытии гостей. Чету Челлини они оба встретили с невозмутимой учтивостью и шармом.
Антонио был в отличной форме и неотразимо красив. Черные волосы и загар являлись прекрасным фоном для его ярких глаз.
На Сюзанне было черное шелковое платье без бретелек. В отличие от мужа загар едва коснулся ее узких плеч и длинной грациозной шеи. Она смотрелась неестественно белокожей в своем легком черном наряде. Бесстрастное лицо с мелкими чертами лица было безукоризненно накрашено.
От Антонио исходил запах лимона, смешанный с какими-то горькими специями. У Кристины приятно защекотало в носу, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее руку.
– У вас совершенно прелестный дом, – прищелкнув языком, оценил Антонио. Окинул интерьер взглядом знатока и одобрительно повторил: – Изумительно!
– Спасибо, – отозвался Стивен и повел гостей на террасу. На его традиционный вопрос: – Что будете пить? – Сюзанна ответила:
– Лучше шампанское. Например, «Премьер Жуйэ» розовое или «Кристалл»! Но если не найдется, то обойдусь белым сухим вином.
– И все-таки, какое вы предпочитаете? – язвительно спросила Кристина, зная, что в их подвалах имеются эти марки. Ее возмутило, что американка вела себя в их доме как в ресторане.
– Для юной леди всегда самое лучшее, – Антонио с восторгом посмотрел на жену, которая ленивым жестом откинула свои прямые длинные волосы назад.
Виктор принес бутылку шампанского «Кристалл» в серебряном старинном ведерке, что заставило Кристину испытать гордость за свои владения. И не потому, что Сюзанна Челлини или, как она себя величала, Белфорд-Челлини, была поражена, а потому что Кристина не позволит ей пренебрежительного отношения к себе как к хозяйке дома, в котором есть все.
Они уселись за накрытый стол в бамбуковые кресла с высокими спинками в центре террасы с видом на море. Горизонт был цвета темной терракоты. Верхушка умирающего солнца пылала последней исступленной энергией, и на их глазах упала в темное присмиревшее море. Небо быстро поглотило оставшийся свет и повисло тяжелым черным бархатным занавесом.
– Это самое изумительное место на свете, – вдруг совсем просто и искренне сказала, поднимая бокал, Сюзанна. Очевидно, величественная картина природы покорила ее. – И поверьте, у вас самый удивительный отель, в котором я когда-либо останавливалась.
– А уж она-то бывала в самых шикарных, – вмешался Антонио.
– Я непременно приеду сюда еще раз, – продолжала Сюзанна, не реагируя на реплики мужа.
– О, только скажи, моя дорогая, – с готовностью произнес он и подмигнул Стивену: – Вы не будете возражать, если я попрошу вас показать мне ваш дом? Меня совершенно очаровала его архитектура.
Его неподдельный интерес покорил Стивена. Он выразил готовность проводить гостя.
– Сюзанна, хочешь взглянуть? – спросил Антонио. Она безразлично пожала плечами, давая понять, что бывала в домах и пофешенебельнее.
– Мне приятнее поболтать с Кристиной. Мужчины энергично удалились.
– Итак, когда же вы возвращаетесь в Нью-Йорк? – спросила Кристина так, словно это ее действительно волновало.
– О, не напоминайте, – сморщила личико американка. – В первый же день по возвращении у меня обширная благотворительная программа. Я не могу вам передать, какая чудовищная будет спешка. К маникюрше я помчусь прямо из аэропорта, а потом – в кресло к своему парикмахеру Роберту, – она рассмеялась высоким резким смехом.
Кристина отпила шампанского и подумала: какого черта она должна поддерживать этот глупый разговор и изобретать темы для беседы с заносчивой американкой? Но пытка продолжалась недолго.
Во время ужина разговор вели Стивен и Антонио. Основное внимание было уделено превосходному авокадо и муссу из семги в лимонном соусе и блинчикам из манго.
– А что это за рыба? – Сюзанна тронула вилкой белое рыбное филе.
– Рыба – дельфин, но не тот дельфин, просто они очень похожи, с плоской головой и гладкой черной кожей. Отсюда и название, – объяснила Кристина, заметив, что Сюзанна не столько ест, сколько ковыряет вилкой, оставляя на тарелке нетронутые куски.
Потом они пили кофе в саду, и Антонио не уставал восхищаться подсвеченными кустами с кремовыми и розовыми цветами. Кристина почувствовала облегчение, когда чета Челлини в половине одиннадцатого стала прощаться.
– Мы так быстро устаем здесь на острове, – Сюзанна притворилась, что зевает.
