Криминальный роман не игра форм. Формальный момент интересен здесь в меньшей степени, чем в драме или стихах. Ни один разумный человек не читает детектив так, как слушает симфонию. Даже язык является, сравнительно, второстепенным делом… Роман – это своеобразный вместительный чемодан, куда влезает все, кроме случайностей. Решающим в нем остается содержание…
Плевать мне на то, как она на меня смотрит. На стол упала пачка банкнот, и будь я проклят, если на эти деньги не проживешь полгода, ни черта не делая. Ни за одну работу мне не предлагали и половины той суммы, что лежала перед глазами и щекотала нервы.
Я извлек из ящика стола конверт и сложил в него деньги.
– Прежде чем взять это, я должен знать, за что мне платят. Таковы условия игры. В меценатство я не верю.
Ее презрительный взгляд меня совершенно не трогал – я ко многому привык. Не скажу, что появление этой красотки так уж меня удивило. Но все же я чаще имею дело с людьми, стоящими у подножия той социальной лестницы, на вершину которой взобралась эта дама. Одна лишь бриллиантовая брошь на шелковой косынке тянула тысяч на десять, не меньше. Конечно, мне доводилось работать с клиентами, которые чиркали золотыми зажигалками, вываливали на стол толстые бумажники из крокодиловой кожи и доставали из них пухлые чековые книжки. Не хочу лукавить, брал я с них на десять, пятнадцать процентов больше, но лишь потому, что с толстосумами много мороки и, как правило, они требовали подробные отчеты, чего не делали остальные.
До ее появления я тихо-мирно попивал джин из бумажного стаканчика. Мне казалось, что день сегодня пройдет легко и беззаботно. Она вошла без стука, точнее ворвалась, застав меня врасплох. Пришлось сбросить ноги с полированной поверхности стола на пол и подтянуть галстук.
– Может скажете хоть что-нибудь? Или вы пришли выслушать историю моей жизни?
– Ваша невежливость вполне соответствует подвальному убожеству, в котором вы пребываете.
– А вы пришли предложить мне офис в Холдинг-центре на пятидесятом этаже с окнами на Золотые ворота?
– Нет, уж лучше оставайтесь здесь. Вам идет этот насест. Стул выдержит, если я на него сяду?
– Надеюсь. На вид вы не очень тяжеловесны, но я не знаю, сколько весит яд, которым напичкан ваш язык.
От двери до стола два шага, но она сделала их, будто передвигалась по минному полю. Высокая стройная брюнетка со светло-серыми глазами, смотревшими на меня сквозь стекла очков. Белая блузка хорошо гармонировала с синей широкой юбкой. Сумка из змеиной кожи, которую она держала обеими руками, показалась мне излишне пухлой и тяжелой. Из нее были вынуты деньги и брошены на стол.
Дама села напротив меня. Стул выдержал и даже не скрипнул.
– В городе полно солидных агентств с соответствующей обстановкой и обслугой. Почему вы обратились ко мне?
– У меня мелкое дело.
– Как вы узнали мой адрес?
– Из телефонного справочника.
Она лгала. Мое имя действительно в нем значится, но находится в конце алфавита. Если искать по справочнику, то уже на самых первых его страницах значится не меньше трех десятков частных детективов, имеющих свои конторы в городе. Нельзя предположить, что она живет по соседству и ей удобно до меня добираться. Такие женщины не ходят пешком, да и район, в котором я расположился, предназначен для других слоев общества. В конце концов меня не интересуют ее причуды. Пусть врет, если ей хочется.
– Я читала о вас в газетах, – неожиданно добавила она, не отрывая от меня взгляда.
– Шутите? Если кто-то обо мне и писал, то это не назовешь рекламой.
– Ну, это не важно. Вы меня устраиваете.
– Польщен. Выкладывайте, что там у вас. На сто процентов я был уверен, что придется копаться в грязном белье. Мне везет на такие развлечения.
– Дело касается моего мужа.
– И что же с ним?
– С ним ничего. Со мной что-то не то. Не хочу мириться с его обманом. Устала.
Мне стало скучно. Не уловив моей реакции, красотка продолжала:
– Он мне изменяет.
– Понятно. Вы хотите, чтобы я подтвердил ваши подозрения или опроверг их.
– Мне нужно знать наверняка и иметь доказательства. Тысяча долларов в конверте ваши, если вы выполните мое поручение.
К сожалению, мой банковский счет показывал мне язык и я брался за любую работу. Почти за любую, поскольку какие-то деньжата еще позванивали на дне моего кармана. Но отказываться от столь примитивной возможности урвать целое состояние было бы кощунством. И все же я еще слегка попижонил:
– Мне трудно с ходу дать однозначный ответ. Назовите его имя, данные, изложите ваши предположения и все остальное.
– Зачем вам все это знать?
Еще не спрятанный я стол конверт уговорил меня промолчать.
– Он спит с девицей-машинисткой.
– Мне ие известно о ком идет речь, – с тупой занудливостыо повторил я.
