Дверь за Синицыным закрылась. Сталин, вернувшись за стол, посмотрел на Берию и сказал:
— Лаврентий, раздай товарищам материалы.
Тот открыл лежащую перед ним папку с отчетом об операциях генерала Говорова в Восточном Союзе и их оценкой Генеральным штабом. Особо отмечалось, что Говоров отдал приказ о наступлении на северо-восточном участке фронта без консультаций с командованием и подчеркивалась недопустимость такого самоуправства.
— Что думаете, товарищи? Действительно ли генерал Говоров виновен в самоуправстве?
Жданов и в этот раз высказался первым — тема отношений с Восточным Союзом занимала его больше остальных.
— А что они хотят, в генштабе? — Жданов недоуменно развел руками, — как он мог получать от них приказы, если связи не было?
— Я думаю, товарищи в генштабе беспокоятся о будущем, — сказал Сталин, — они хотят, чтобы Говоров принимал решения только по согласованию с ними.
— Наверное, это разумно, — осторожно сказал Маленков. — Говоров командует группой войск Красной армии и должен согласовывать свои действия.
— Вопрос в том, за кем последнее слово, — сказал Жданов. Ему пришло в голову, что Говоров вполне сможет стать фигурой, авторитет которой будет не меньше, чем у Троцкого, особенно в случае успеха наступления. Этим можно воспользоваться, чтобы поколебать позиции Председателя партии. — Пока тоннели между мирами закрыты, у нас нет возможности перебрасывать войска. Получается, Говоров предоставлен самому себе. Возможно, ему на месте виднее, как поступить? Его наступление имеет успех, потому что началось внезапно, неожиданно для немцев. А если бы его пришлось согласовывать с генштабом?
Вопрос повис в воздухе. Жданов на глазах у Сталина затевал игру, но больше никто вписываться в это не хотел.
— Товарищ Жданов задает верный вопрос, — наконец, сказал Сталин. Жданов понял, что выиграл — так же, как и он, Коба хочет ослабления Троцкого. Единственный, кто может составить ему конкуренцию — это Говоров, если его наступление завершится успехом. И Генеральный штаб здесь нужен не больше, чем пятое колесо в телеге.
— Чем товарищ Антонов может помочь товарищу Говорову? — спросил Сталин. Все присутствующие знали, что этот вопрос — риторический, иначе товарища Антонова — начальника Генерального штаба — пригласили бы на заседание. Жданов вдруг понял, что по Говорову Сталин уже все решил до заседания, и теперь просто ломал комедию с обсуждением. — Я думаю, лишь одним — добрым и мудрым советом. Я уверен, что генерал Говоров прислушивается к словам, сказанным с искренней заботой о нашем общем деле — борьбе с фашистской нечестью.
Сталин снова поднялся с председательского кресла, и зашагал туда-сюда за спинами сидящих.
— Так какое решение нам принять? — спросил он. — Есть два варианта: оставить генерала Говорова в подчинении Генеральному штабу, или дать ему возможность принимать самостоятельные решения.
Жданов, бросив мгновенный взгляд на вождя, сообразил — сейчас ему лучше помолчать. Уже тридцать лет любое важное решение Коба представлял как результат консенсуса, как коллективное мнение партии, которому противостоят лишь отдельные отщепенцы. В данном случае партию представляло малое политбюро.
Берия понял, что ему надо высказаться — в конце концов, именно его ведомство отвечало за связь между параллельными мирами. Он прекрасно понял игру Жданова и всю политическую подоплеку возможного возвышения Говорова как противника Троцкого, но сейчас ничего не мог этому противопоставить.
— Я считаю, генералу на месте виднее, — сказал Берия. — По крайней мере, пока полноценная связь между мирами не восстановится.
Сталин кивнул.
— Спасибо, Лаврентий, — поблагодарил он. — Еще есть мнения? Никита, Георгий?
Хрущев и Маленков присоединились к сказанному Берией.
— Значит, решено, — подытожил вождь. — Генерал Говоров может действовать самостоятельно, но при этом обязан извещать о своих планах Генеральный штаб. Все согласны?
Возражений не последовало.
Генерал Говоров, глядя на расшифрованную радиограмму с пометкой «срочно», полученную с той стороны, мысленно поморщился — от него требовали отчета о потерях, понесенных в ходе наступления на Ярославль, и о расходе боеприпасов. Бессмысленная бюрократическая процедура — какое им дело до этого, если помочь они все равно не могут? Говоров скинул это на верного начальника штаба. Надо признать, что установление радиосвязи с Советским Союзом Говорову пока что не принесло ничего, кроме головной боли.
Отдав распоряжение начштабу о подготовке доклада для московского начальства — того, что по ту сторону барьера, генерал приказал доложить, как обстоят дела в Костроме. Там уже почти сутки шел тяжелый бой за удержание плацдарма на левом берегу у железнодорожного моста. Немцы с румынами накатывали волна за волной, желая отбить у русских стратегический объект. В перерывах между атаками на цель заходили «Юнкерсы». Из средств защиты от них были только зенитные пулеметы на четырех ИСах, прорвавшихся к защитникам.
— Что с зенитками, Василий Евгеньевич? — спросил Говоров. — Когда их доставят к мосту?
