- Я надеюсь на то, что когда-нибудь ты об этом вспомнишь и просто забудешь о моем существовании, - отшутилась я, скорчив рожицу. Мика ухмыльнулся в ответ, с самым невозмутимым видом забирая у меня из рук кружку с кофе.
- Всего лишь один несчастный год! Но я потом буду тебе регулярно звонить, - наиграно злорадно сообщил он, пробуя кофе на вкус. Судя по лучезарной улыбке, Мика говорил не всерьез, и это главное. Впрочем, после первого глотка кофе он скривился от горечи и сразу вернул кружку обратно в руки, потому он был без сахара и без сливок. - Как ты это пьешь? - вполне логично поинтересовался Блондин, оглядывая белоснежно-стальную кухню в поисках легкой закуски этого кофейного послевкусия.
- Молча, - отозвалась я, делая большой глоток своего чуть подостывшего кофе. - Твое эго может смириться с тем, что у каждого человека есть свои предпочтения?
Мика, закончив разглядывать кухню и не обнаружив в ней ничего, кроме той же работающей кофеварки, стал покачиваться на стуле, балансируя на двух задних ножках.
- Не люблю кофе, - скривился он, а потом улыбнулся. Во весь рот, во все тридцать два зуба, он улыбался настолько редко, что и я, и все его друзья привыкли к этакой полуулыбке с легким изгибом уголков губ. Но Каллахен умеет так улыбаться настолько по-разному, что эта полуулыбка бывает и насмешливой, и раздраженной, и снисходительно-ироничной, и даже частенько, особенно по отношению к длинноногим пышногрудым красавицам, обворожительно и обаятельно. Последняя улыбка мне доставалась лишь единожды, и то еще в школе...
Впрочем, вернемся к нашим баранам. То есть к чашке кофе на столе.
- Тогда зачем пробовал? - удивилась я.
- Хотел проверить, может, ты чего в него добавляешь, чтобы быть вечно такой злой, противной и вредной, - отшутился Каллахен.
- У тебя от алкогольной интоксикации последняя извилина выпрямилась, - покачала я головой, демонстративно делая большой глоток кофе из кружки. - Запиши на бумажке и приклей к зеркалу в ванной.
- Осторожней со словами, женщина, я злопамятный! - Мика погрозил мне пальцем, продолжая так же иронично улыбаться. В другой ситуации он уже наговорил бы кучу грубостей, но тут ему самому приходится отшучиваться. Самое забавное, а меня ведь все это ни капельки не раздражает...
На кухню вошла Джес, завернувшись в яркий шелковый халат и бесконечно зевая в ладошку. Судя по идеально завязанным в конский хвост кудряшкам и легкому аромату какой-то цитрусовой туалетной воды, смешавшимся с запахом кофе, проснулась она минут двадцать назад.
- Доброе утро, котята, - поздоровалась она, оценивая количество кофе в кофеварке. - Как спалось? - ее хитрый прищур относился в первую очередь Мике.
- Фантастически, - невозмутимо отозвался тот, вновь забирая у меня кружку с кофе и делая большой глоток из нее. Я протестующее пихнула его локтем под ребра, на что Каллахен ответил мне привычной насмешливой полуулыбкой.
- Доброе утро, - я улыбнулась Джес, а та в ответ чмокнула меня в щеку, а моего соседа потрепала по встрепанному ежику на голове.
- Не качайся на стуле, тут скользко и ты можешь поцарапать пол, - предупредила она его, направляясь в сторону холодильника. - Вы тут как скромняги сидите, или правда завтракать не станете?
- Сегодня я даже ужин не планирую, - скривился Мика, отдавая мне кружку в руки. - И вообще, а кто меня в щечку будет целовать? - проворчал он, а я вновь пихнула его локтем в бок. Этот нахал проигнорировал не только мой тычок, но и саму меня, представляете?
Мне не привыкать.
- Мы так рано не завтракаем, - пояснила я Джес, изучающей распахнутый холодильник. Пару секунд ей потребовалось, чтобы отыскать там пакет с молоком, после чего холодильник был закрыт за ненадобностью. Все это время мы слушали монолог о здоровой пище по утрам и об ее значении, продолжавшийся до тех пор, пока она не достала с полок пакет с мюсли и не развела их молоком в тарелке.
- Как себя чувствуешь? - спросила она пасынка в конце монолога, внимательно вглядываясь в его подозрительно бодрое лицо. Ясное дело, его фразу про поцелуи и про щечки она просто проигнорировала, вряд ли она настолько глухая, чтобы не услышать возмущающегося Мику. Впрочем, Каллахен-младший тоже особо не переживал по этому поводу...
- Великолепно, - отозвался он. - Как там папа?
