Расплатившись по счету, мы покинули ресторан и направились через парк к выходу. На улице уже начало смеркаться, ветер почему-то пах солью и океаном, повсюду трещали цикады, и парк казался таким волшебным в это время суток, что даже Джес прониклась. Так что спустя минут десять я поняла, что Каллахены-старшие завели наивных нас вглубь парка, а не к выходу. Возмущаться этому я не стала, ясное дело. Тут действительно очень красиво с наступлением темноты, да и Мика равнодушного болвана на этот раз не изображал. Мы напару, как баран и овца, брели вслед за Каллахенами этакой медленной прогулочной походкой, и вполголоса спорили о том, кто и как будет завтра готовить Блондину его завтрак. Я сопротивлялась, Мика настаивал. В ход шло кофе, плитка шоколада, шоппинг, даже приватный стриптиз-танец, от которого я отказалась с большим сожалением. Хотелось бы, конечно, рассказать потом девчонкам по секрету, что Каллахен танцевал мне стриптиз за тарелку омлета; но отказываться сейчас было уже делом принципа.
- Ну, в кого ты такая упрямая, женщина? - возмущенно сопел Мика, слегка дергая меня за руку.
- Я покажу тебе утром, как готовить омлет самому, - предложила компромисс я. - А ты прикроешь меня вечером, потому что я встречаюсь с Ником. Идет?
- Опять с этим рыжим? - недоуменно переспросил Блондин, приподнимая брови. - Что это с тобой?
- Что это с тобой! - огрызнулась я мгновенно. - Тем более, я тебе уже говорила, что он мне нравится.
- Ты мне не говорила.
- Значит, сейчас говорю.
- Делать тебе нечего... - проворчал Мика, разглядывая одно из деревьев. - Я же говорил, что ты зануда.
- Ка-а-а-ак ты меня назвал?! - сощурилась я, с силой щипая его за руку чуть повыше локтя. - Ах ты...
- Больно! - возмущенно сообщил мне Мика, потирая руку и как-то обиженно глядя на меня.
- Неженка. Еще раз назовешь меня занудой... - я ткнула в него пальцем, - ...я тебе еще и пинка дам. От всего сердца.
- Попробуешь, - поправил меня Блондин. - Мое кунг-фу круче твоего кунг-фу!
Он еще и в стойку встал, изображая Брюса Ли. Я захихикала в кулак, пытаясь сохранить серьезное лицо.
- Пошли отсюда, люди смотрят, - покачала я головой, схватив его под локоть и потянув за Каллахенами, которые уже прилично отдалились от нас.
- Люди не смотрят, они завидуют! - сказал Мика, слегка улыбаясь и мимолетом оглядывая окружающих. - С каких это пор ты стала такой паинькой? - он протянул мне раскрытую ладонь, и я взяла блондина за руку. - Ого, и без воплей!
- Хватит уже... - проворчала я, отворачиваясь от Каллахена-младшего и разглядывая красивые кроны деревьев, увешанные огоньками. Человек - существо адаптирующееся. Вот и я могу привыкнуть к его руке в моей и к тому, что этот эгоист сейчас нахально щекочет мне ладонь пальцем. Только почему у меня мурашки по руке побежали?
Может, ему сумкой по голове дать для профилактики?
Нет. Этого озабоченного только могила исправит...
Я ухмыльнулась себе под нос и забросила сумку на плечо. Я за весь вечер так к ней и не привыкла - она то и дело сползала у меня с плеча, соскальзывая с шелковой кофты, и это очень раздражало. Второй раз я ни за что ее не возьму! Лучше уж выглядеть как корова с седлом со старой привычной сумкой через плечо, чем тратить нервные клетки на это недоразумение.
- Поплавать бы... - не к месту выдал Мика, тоскливо вздохнул.
- Н-да... - лаконично подтвердила я. - Ой, мне это не нравится!
Мы как раз нагнали Аарона и Джес, когда я увидела у них фотоаппарат. Не к добру это, помяните мое слово...
Мика оказался более точным в высказываниях чувств и выругался так, что я даже присвистнула и попросила потом процитировать, чтобы я записала на бумажку. Видимо, не только я не люблю фотографироваться для семейного архива...
- Давайте, становитесь под дерево, как раз теперь все видно будет! - радостно защебетала Джес, просто подтаскивая нас к одному из кустов с иллюминацией. - И не забывайте улыбаться, такой вечер!
Интересно, она услышала, как мы оба обреченно вздохнули?
Меня разбудил аромат кофе, ненавязчиво щекочущий ноздри последние минут десять моего сладкого утреннего сна. Я отчаянно сопротивлялась, пытаясь вновь провалиться в сон. Но сдалась и подняла голову от подушки. Кружка с кофе стояла на тумбочке на расстоянии вытянутой руки и так сладко пахла корицей с ванилью, что сон как рукой сняло.
Поскольку ворчать было не на кого - в спальне я была в одиночестве - еще с минуту понежилась на простынях в позе морской звезды, раскинув руки и ноги. Пока утро мне нравилось, даже не смотря на то, кто именно притащил мне кофе. Да еще с ванилью и корицей!
Усевшись на кровати с ногами, потянулась к кружке. Кофе как раз остыл до того состояния, в котором я его обычно пью: даже ждать не пришлось. Кайф, другого слова и не подберешь!
