— Ты когда-нибудь была на крыше? — Мика вопросительно приподнимает брови, когда я шепчу ему о том, что еще пара минут — и я начну убивать. Мне становится скучно, увы, уже после ухода Синди к столикам, а Джейк меня не впечатляет, хотя и болтает не хуже Сьюзен в порыв эмоционального возбуждения. Но я почти никого не знаю, а своих ребят не могу найти. Поэтому вопрос про крышу — глоток свежего воздуха.
— Нет, а туда есть доступный выход? — тут же подхватываю я идею.
— Идем, — он хватает меня за руку и тут же тянет в сторону коридора. Наш неторопливый путь лежит через коридор со шкафчиками (“Эй, ты помнишь, как мы запихивали друг другу всякие гадкие записки?”), кабинетов истории и английского (“Что, правда учитель по истории был красивый?”), но мы сворачиваем в сторону спортзала и раздевалок — поэтому я наверняка и не могла знать, что именно там выход на крышу.
Из-за двери тренерской слышен смех и болтовня, Мика показывает мне жестами “две секунды, я сейчас”, заглядывает внутрь и под геометрически увеличивающиеся радостные вопли пытается что-то спросить. Впрочем, отвечают ему почти сразу, что-то передают из глубины кабинета в сопровождении насмешек и подколов, и вот уже Мика демонстрирует мне красный с черным школьный бомбер, прикрывая дверь.
Выход на крышу находится за спортзалом, и, действительно, даже не заперт — мало кто им пользуется, на самом деле, да и на крыше по сути ничего занятного и нет для обычного школьника. Уже наверху Блондин протягивает мне бомбер, который оказывается именным и с номером — школьная баскетбольная команды называлась “Дьяволы”, кстати. Куртка явно не новая, но пахнет прачечной — Мика говорит, что это подарок тренера, и что это действительно его бомбер, в котором он рассекал в школьные годы. Тот самый, от которого у меня в глазах рябило в свое время настолько, что хотелось ее просто сжечь и развеять пепел по миру.
А теперь — ирония — я стою на крыше, спрятавшись от ветра в этой самой куртке, а ее владелец едва ли не по парапету гуляет и показывает на город вокруг. Уже давно стемнело, но луны еще не было, а вокруг нас были огоньки и вывески, где-то вдалеке горели огни торговых центров, красные кресты протестантских церквей и мрачной темнотой зияли дыры больших парков.
— Хочешь пива? — внезапно спрашивает Блондин, направляясь куда-то в сторону люков. — Годы идут, но места тайников передаются из поколения в поколения. Мы часто тут сидели после тренировок и просто болтали. О девчонках, об учебе и о том, кто куда хотел бы пойти после окончания, — он дернул за одну из опущенных крышек, заглянул внутрь и радостно заулыбался. — Ну да, традиции не меняются, это шикарно.
Он вытащил оттуда две банки пива, с щелчком вскрыл и протянул мне одну, усаживаясь на одну из каких-то перегородок и похлопав по свободному месту рядом. Я счастливо вытянула ноги, сделала глоток пива и закуталась в объёмный бомбер поплотнее, хотя в этой части крыши было не так ветрено, как в той, где был выход на нее.
— И я на самом деле до сих пор не знаю, как ведут себя встречающиеся пары, — хмыкнул Мика, разглядывая мигающий вдалеке небольшой бизнес-центр с яркой надписью “Европа” у самого основания крыши. — Что летом, что сейчас.
— Думаешь, есть определенная манера поведения? — заулыбалась я, толкая его легонько плечом. — Вовсе нет. Главное — понимать друг друга. Хотя я до сих пор тебя иногда совсем не понимаю, особенно когда дело доходит до ситуации с Аароном.
— Собираешься отчитать меня? — в голосе нет ни насмешки, ни упрека, и я начинаю понимать, что эта вся тягомотина не только у меня поперек горла стоит. И он тоже иногда не понимает, что же с ней делать.
— Собираюсь помочь тебе, — покачала я головой, делая глоток пива. — Что бы ты не решил, я на твоей стороне. Просто помни о том, что они оба — твои родители, и каждый из них по-своему хочет тебе добра. Благополучия, успеха и комфортной жизни, — в первую очередь, потому что ты их сын. Тебе стоит понять их мотивы, и все встанет на свои места. Я надеюсь.
— Мотивы… Отлично, тогда зачем Аарону эта треклятая свадьба?
— Назло твоей маме?
— Что это за игры на уровне детского сада? — обиженно пробормотал Мика, проворачивая банку в руке, пристроив ее на колене. — Мне правда стоит с ним поговорить, и не по телефону…
Я согласно закивала, ткнулась щекой в теплую рубашку на плече, пригревшись в этом бомбере на пару размеров больше, сидя на еще не остывшей с жаркого дня перегородке — момент получился теплым, комфортным, окутанный запахом миндаля и с привкусом пива.
— Мелкая?
— Да, ваше упырство?
— Как далеко мне еще до мужчины твоей мечты?
Я удивленно поднимаю взгляд наверх, от теплого плеча, но Мика на удивление спрашивает вполне серьезно, даже смотрит задумчиво куда-то в сторону городских огней. Я разглядываю острую линию скулы и подбородок, протягиваю руку и тяну его за мочку уха — не сильно, просто так.
— Пару лет взросления? — честно ответила я. — Но ты на верном пути.
