Тарасову дали понять, что ему на этом моменте следует покинуть зал заседаний. Ещё некоторое время в его голове гремели слова Президента «…переходим к более важным вопросам…», сильно резанувшие его сознание, привыкшее полагать, что война – это то, чему должно быть подчинено в государстве всё, если оно хочет выжить, ведя таковую, но тут вдруг оказалось, что есть что-то более важное. Или может так статься, что… то, что он сейчас делает – и не война вовсе?
Садясь в служебную машину, генерал подумал, что всю свою сознательную жизнь он оперировал только военными или около военными знаниями, позволяющими решать вопросы служебно-боевого характера, и только сейчас, услышав слова Президента, которыми тот открывал совещание, Тарасов представил всю необычайно огромную зависимость протекающих в стране процессов – экономических, политических, правовых, природных, технологических – которые с одной стороны, как он считал, давали армии силу, а с другой стороны требовали от армии защиты от внешнего разрушающего воздействия. И чем угроза была сильнее, тем больше сил должно было давать общество своим военным. Однако, особого напряжения в обществе он сейчас пока не чувствовал, да и сам ход совещания не говорил за то, что тема конфликта на Украине была в особом приоритете, а значит…
Он представил себе, насколько велик реальный масштаб государства – десятков миллионов судеб сотен этносов, необъятного географического пространства в миллионы квадратных километров, бесценных природных ресурсов, огромной финансово-экономической системы, всей энергетической, промышленной, транспортной, коммунальной инфраструктуры и необозримого внешнеполитического трека - на фоне чего вся эта суета вокруг двух общевойсковых армий, вокруг людей, одетых в военную форму, половина из которых в течение трёх месяцев будет или убита, или ранена – на самом деле - всего лишь незначительная часть происходящих в стране событий.
И вдруг он со всей очевидностью осознал простую истину: проводимая на Украине специальная военная операция в текущем моменте является для страны не более чем частной задачей, однако, цель которой как раз в том и состоит, чтобы не началась… настоящая война со всей огромной военной машиной Запада. За сохранение мира сейчас воюют и умирают люди в военной форме - мобилизованные, кадровые, добровольцы и бывшие заключённые, но сама страна живёт и радуется мирной жизни, в массе своей не осознавая, что может быть уже совсем скоро, если начнётся большая война, всё изменится. Большая война быстро поглотит и подчинит себе все сферы жизни страны… она будет, если военные не удушат её сейчас – на территории некогда братской Украины.
ГЛАВА 6
Отдав последние распоряжения, Каскад слегка откинулся в своём «командирском» кресле и вытянув ноги, прикрыл глаза. Приказ на начало операции пришёл четыре часа назад, и всё это время он приводил войска своей армии в состояние готовности к наступлению. Время «Ч» было назначено на пять часов утра, и сейчас огромная военная машина под названием «Четвёртая общевойсковая армия», уже выполняла мероприятия, отмеченные в плане со знаком минус, что означало их проведение до указанного времени.
Каскад прекрасно понимал, что на сон, в эти несколько предстоящих дней, у него не будет никакого времени. Наступление будет требовать напряжения всех сил, будет ставить перед ним неразрешимые задачи, которые, тем не менее, нужно будет решать. Нужно будет реагировать на действия противника и постоянно принимать не только контрмеры, но и действовать на опережение, лишая врага инициативы и заставляя его заниматься купированием возникающих угроз, забыв об активности. Цена ошибки принятых во всём этом процессе решений выражается в жизнях людей, которые доверены командующему для проведения операции, выражается в расходе ресурсов, большая часть которых сгинет в огне сражения без всякой пользы, выражается в утрате инициативы на поле боя, что в будущем может привести к собственному поражению.
И чтобы такого не произошло, устав требует от командиров всех рангов постоянной активности, даже если на это нет распоряжений свыше – враг должен постоянно ощущать на себе влияние, постоянно должен упираться в тупик в попытках разгадать наш замысел. Именно поэтому в военном деле существует правило, которое категорически не приемлемо ни в какой гражданской структуре – командиру дано право принимать и добиваться исполнения даже ошибочных решений. Это неминуемо будет обрекать командира на осуждение со стороны подчинённых, вероятно, видящих другие варианты развития событий, и часто будет встречать последующие упрёки со стороны вышестоящих руководителей, но с этим нужно смириться, так как следствием принятия даже ошибочных решений на фоне отсутствия вообще каких-либо реакций, всегда будет гарантированный ущерб врагу.