– Товарищ, фрихантер! Экипаж крейсера «Амазонка» построен. После участия в боевых действиях, направленных на уничтожение противника, боевых потерь нет, раненых нет. Потери противника составили: до червоточины – двенадцать кораблей, у Примы Лиры – более восьмидесяти пяти единиц после первой самостоятельной атаки и около сорока пяти кораблей в паре с крейсером «Беркут». Командир корабля, майор Сваров!
– Вольно!
– Вольно, экипаж!
– Ну, здоро́во, сын!
– Здравствуй, папа!
Они обнялись. Вера не выдержала и подбежала к матери.
– Ты моя дочь! Как я рада тебя видеть! Если бы вы знали, как мы рады вас ВСЕХ видеть живыми и невредимыми! К вам на выручку прилетели почти все, кроме бабушек с дедушками и Ольги с Тверком. Зная их чрезмерно заботливый и импульсивный характер, мы не стали их беспокоить. А остальные сейчас на «Беркуте» и на данный момент завидуют нам лютой завистью, потому что мы можем вживую вас обнять.
– Товарищ, фрихантер! – Зотов появился у шлюза, – разрешите мне пока приглядеть за кораблём, а вы слетайте на второй крейсер. Пусть ребята пообщаются с родителями.
– Подождите… мне ваше лицо знакомо… Зотов! Точно! Алексей Иванович! Сколько лет, сколько зим!
– Это дядя Лёша! Куратор нашего первого задания в Исследовательском Корпусе, – пояснила Вера.
– Давай сегодня без титулов, Алексей Иванович! Сегодня можно всё!
– Спасибо, Радомир! Спасибо за то, что не забыл!
– Никто не забыт и ничто не забыто! Сколько мы прошли с тобой! Сколько сражений было!
– Радомир! Мы можем потом поговорить, а сейчас молодой экипаж рвётся встретиться с родителями. Хотя они самые настоящие герои, но даже героям свойственно любить и почитать тех, кто дал им жизнь. Я останусь пока здесь, пара часов ничего не решит, а они пусть пообщаются с родными.
– Большое вам спасибо, Алексей Иванович! – с чувством сказала Селена, – обещаю, что они пробудут там только на пару часов и на это время двое человек, с «Беркута», прилетят к вам на корабль для ведения дежурной вахты.
* * *
Челнок доставил экипаж «Амазонки» к своим родителям. Даже суровый Степан Смирнов, невозмутимый с виду адмирал Галактического Флота, не удержался и пустил скупую мужскую слезу.
– Можно сказать лишь одно: преемственность поколений у земной элиты Галактического Флота в крови, – с комком в горле произнёс он – даже у меня на кораблях, ветеранов с серебряными вымпелами «50 кораблей противника» можно сосчитать по пальцам одной руки. Эти люди являются гордостью Звёздного Флота, его элитой. А теперь что? Теперь планка опять поднята вверх, а эти мальчишки и девчонки… хм… извиняюсь… юные офицеры теперь удостоятся золотого вымпела за сто уничтоженных кораблей. Но выведено из строя больше ста, это вообще не укладывается ни в какие рамки.
Ник Смит крепко обнял сына, а Кэтрин гладила Даниила по голове и плакала при этом.
– Как это прекрасно, что вы все живы и здоровы, какой ты у меня герой, сын. Я так настрадалась, так переживала. Нет, вы точно не обыкновенные ребята, вы какие-то сверхчеловеки, ей-богу. Такое совершить… это просто выше моего понимания. Ты достоин ордена, а не значка, который я тебе подарила. Стоп! Даниил, а где значок?
– Мама, папа! Я даже не знаю, как вам сказать…
– Ну, говори, сын! Как мужчина говори, – ответил Ник – ты теперь точно мужчина с большой буквы.
– Раз я мужчина, по вашему мнению, то у мужчины появилась девушка!
– Вот как?! – удивилась Кэтрин, – и кто же твоя избранница? Она из экипажа?
– Да, мама. Её зовут…
– Подожди, сын, – перебила его мать – я хочу найти её сама и оценить твой выбор. Наверняка значок на ней. О! Даниил! Я почему-то в душе так и думала и поэтому посмотрела именно на неё первую.
– Да кто же она, сын? – не понял Ник.
– Это Вера Сварова, – тихо произнёс юноша.
– Вот это да! Мужчина! Пилот выбрал пилота, – одобрительно сказал отец – общность интересов рождает взаимные симпатии. Скажи маме спасибо за тот бой в Киберграде. Но Вера… она же строгая девочка.
– Папа! Главное – она меня уважает, а я её.
– Сын! – ответила Кэтрин, – каков бы не был твой выбор, он только твой и навязывать никто никому ничего не будет. Дружите. Никто с нашей стороны мешать вам не собирается.
Семья Рамирес не могла сдержать слёз радости. Рамира кидалась то к сыну, то к дочери и плакала навзрыд.
– Матерь божья! Живы! Вы оба живы! Какое счастье! Пресвятая дева Мария! Спасибо тебе! – Рамира перекрестилась, – ну рассказывайте, как вы тут, что нового, кроме сражений?
– Мама! У меня проблема… – тихо сказала Милана.
– Что? Что случилось?
– Мама. Мне мальчик нравится. Даже не просто нравится, я жить без него не могу…
Рамира облокотилась на кресло в кают-компании и удивлённо смотрела на дочь. По щекам девочки текли слёзы, которые она поминутно вытирала.
– Филипп! Что у вас здесь произошло? – поинтересовался Себастьян у сына. – Что это за любовные терзания у Миланы? Не рано ли ей? И кто этот мальчик, в которого она так влюбилась?
– Это Юрик Сваров. У нас весь экипаж в шоке от их отношений. Да и что греха таить: у меня тоже девушка есть.
– Матерь божья! Вы что это тут? Переженились все что ли?!
