— Послушайте, но они же… — начал было Семен и осекся: стоит ли демонстрировать перед ЭТИМИ свое отношение к туземцам? Может быть, попробовать иначе? — Послушайте, а вам не кажется, что такой подход может оказаться принципиально неверным? Вот вы говорите, что знакомы с моей реальностью, а ведь в ней есть замечательный прецедент. Вся наша жизнь последние две тысячи лет крутится в основном вокруг религий, которые называют АВРААМИЧЕСКИМИ. В их основе лежит предание о некоем патриархе Аврааме, который то ли и правда жил когда-то, то ли это собирательный образ. Так или иначе, но идеологические основы нашей цивилизации заложил крохотный полукочевой народец, обитавший на глухой периферии древних государств и империй. Этот народ называют евреями или иудеями. Он тянет свою историю, кажется, уже четыре тысячи лет и за это время решительно ничего не создал материального — такого, чего у других еще не было. Только мысли, только идеи. Причем мысли о самом что ни на есть возвышенном — о Творце-Вседержителе. Отдельные представители этого народа внесли и вносят огромный вклад в культуру и науку… других народов и человечества в целом, но как народ евреи ничего материального не создали. Были, правда, в их истории два Храма — два чуда архитектуры, но вряд ли они являлись оригинальными произведениями, поскольку свидетельств о наличии какой-то особой иудейской архитектуры, кажется, не имеется. Думаю, что если бы вы пощупали своим сканером Иудею первого века нашей эры, то, наверное, оценили бы творческий потенциал населения как нулевой. А ведь как раз в это время там рождалось христианство!
Нит-Потим попытался перебить оратора, но Семен остановил его вежливым жестом:
— Догадываюсь, вы хотите мне возразить: это уже была достаточно развитая земледельческая цивилизация, и к ней применимы иные методы. Допустим, и копнем еще глубже — во времена Исхода. Что бы вы там сочли материальным проявлением творческой активности? Скинию? Ковчег Завета? Вряд ли… А можно пойти и еще дальше, к тому самому Аврааму и другим патриархам — там что? Шатры? Пастушьи посохи? А ведь именно тогда именно этой горсткой кочевников закладывались основы современной мне цивилизации! В мире возникало нечто КАЧЕСТВЕННО новое, а внешне это вообще никак не проявлялось!
— Семен Николаевич, — в голосе Нит-Потима обозначилась некоторая снисходительная усталость, — в истории миров бывает всякое. Бывает, что и коровы летают, но такое случается крайне редко — обычно они землю не покидают. Тут сказываются различия в опыте: вы оперируете опытом развития одной-единственной планеты, а у нас в активе тысячи. Поверьте, если мы применяем какой-то подход или метод, это значит, что он признан статистически правильным, понимаете? То есть он с наименьшими жертвами наилучшим образом способствует достижению поставленных целей.
— Другими словами, если я докажу вам, что мои знакомые кроманьонцы через одного вундеркинды — поэты, художники, музыканты, — это не изменит вашего отношения к ним?
— Семен Николаевич, лично я решений не принимаю — я их выполняю. Это во-первых. А во-вторых: ну и что? Человек может родиться гениальным математиком и всю жизнь проработать грузчиком. Или потенциально великий философ может всю жизнь махать мотыгой в поле и не научиться ни читать, ни писать. Толку-то? Потому и речь идет не о способностях или таланте, а именно о творческой АКТИВНОСТИ. Чувствуете разницу? И о показателях этой активности. Предложите какой-нибудь иной индикатор, кроме материального, и ваше предложение обязательно будет рассмотрено нашими законодателями. Ну, что же вы?
— Ладно, — махнул рукой Семен, — разубеждать познавших истину — только лишний раз утверждать их в собственной правоте. А что у вас за зонды такие? Радиоуправляемые мухи, набитые приборами?
— Ну, что вы! Радиосвязью мы давно не пользуемся — принцип передачи информации совершенно иной. А зонды… Они бывают разными — и подвижными, и стационарными.
— Надо полагать, стационарные замаскированы под самые обычные предметы, да? Типа булыжников?
— Наверное. Наш отдел, честно говоря, ими не занимается.
— А это точно — зонды? То есть информацию они качают в одну сторону, а не в обе? Не может так случиться, что какой-нибудь шаман, наевшись мухоморов, подключится к этому прибору?
— Семен Николаевич, я бы ответил, что такое в принципе невозможно, но вы на своем опыте убедились, что невозможное иногда случается. Что же касается технических деталей… Уж простите — в этих вопросах я не специалист. Нет, кое-что мне, конечно, известно, но объяснить я этого не смогу, поскольку у вас просто отсутствует соответствующий понятийный аппарат.
— Где уж нам — с суконным-то рылом… — вздохнул Семен. — Давайте вернемся к человеческому фактору. Допустим, северян вы приговорили в полном соответствии с вашими замечательными инструкциями. Но ведь продвинутым южанам тоже достанется! Им-то за что?
