Всё остальное словно выпало из времени - Антону казалось, что всё происходит очень быстро и, в то же время, невероятно медленно. Немец вскрикнул - коротко, яростно. Его нож мелькнул, как молния, по рукоять входя в грудь твари. Кобольд отвратительно дернул ногами - раз, другой... и замер. Вальфрид тоже замер... потом выпрямился - невероятно медленно - и повернулся к ним. Его лицо наискось рассекли три глубоких царапины - и Антон с ужасом увидел, что кожа вокруг них прямо на глазах чернеет и расползается...
Дверь, наконец, открылась до упора и замерла на миг. Тут же что-то щелкнуло и она, помедлив секунду, начала так же неторопливо закрываться.
Злобный стрекот в коридоре взметнулся волной, затем волной же накатился топот. Теперь он был похож на шум прилива.
На лице Вальфрида вдруг расцвела сумасшедшая улыбка. Нагнувшись, он осторожно, как хрустальную, вытащил из-за голенища гранату. Дверь продолжала закрываться и Антон невольно шагнул вправо, чтобы видеть его.
- Запомни, русский - только стены делают соседей хорошими друзьями! - вдруг крикнул Вальфрид.
Из-за поворота хлынули кобольды - сплошная волна, десятки, может быть сотни.
- Хороший конец, - задумчиво сказал немец. Он рванул запальный шнур гранаты и высоко подняв её, как факел, пошел навстречу кобольдам. Те на секунду замерли, словно ошалев от такой наглости, потом вновь хлынули вперед - но их волна раздалась, обтекая Вальфрида.
Всё остальное уложилось в три удара сердца.
Раз. Волна кобольдов сомкнулась за спиной Вальфрида. Антон уже совсем рядом видел безглазые сморщенные личики и тонкие черные когти на концах длинных пальцев. Зеленовато-влажные от стекающего по ним яда.
Два. Дверь с лязгом закрылась.
Три. В глухую сталь молотом ударил взрыв.
На какую-то страшную, бесконечную секунду повисла абсолютная тишина. Потом за спиной Антона что-то глухо лязгнуло и он едва не подскочил от испуга. Внутренняя дверь начала открываться, так же неспешно, как и наружная. За ней было длинное, просторное помещение - темное, но тут же вспыхнул бледный, голубоватый свет. Вдоль зала, в глубокой прорези, шли темные пути, а на них стоял такой же маленький, похожий на игрушку вагон - всего на несколько мест. Антон тупо смотрел на него - пока дверь не начала закрываться.
- Внутрь, живо! - вдруг крикнул Сергей.
Очнувшись наконец, Антон перебрался через высокий порог. За ним последовал Андрей. Дверь закрылась, что-то глухо лязгнуло. Стало очень тихо. Лишь над головой словно бы недовольно жужжали разбуженные длинные лампы. Воздух тут был холодный, чистый и свежий. В дальней стене зала зияло черное отверстие туннеля - в него убегали пути.
- Он же не умер, - с непонятным ожесточением вдруг сказал Андрей. - Не умер!
- Да, - мрачно сказал Серый. - Но я теперь знаю, на что это было похоже.
- Что? - спросил Антон.
- Война. С... такими вот.
Антон недовольно помотал головой. Теперь он тоже примерно это представлял. Здорово всё же, что война давно закончилась, вдруг подумал он. И мы победили. Но тут же ему стало вдруг очень стыдно. Раньше рассказы про героев войны казались ему... несколько преувеличенными. Теперь он понимал, что всё в них - правда. До последнего слова...
- Вот же гадство, - сказал вдруг Андрей. - Сначала Льяти, потом Вальфрид...
- Никто не умер, - повторил его слова Сергей.
- А мы? - спросил Антон. На душе у него тоже было сейчас на удивление гадко. Словно он предал кого-то...
- Не волнуйся, наш черед тоже придет, - буркнул Сергей. - А теперь пора валить отсюда.
Они забрались в вагон. Очень узкий - всего один ряд кресел, так что внутри оказалось довольно-таки тесно. Сергей сел в переднее кресло; едва все устроились, он начал нажимать кнопки на маленьком пульте. После нескольких неудачных попыток вагон с грохотом двинулся в непроглядную темь - сначала медленно, но потом всё быстрее.
Ехали они довольно-таки долго - наверное всего несколько минут, но Антону они показались часами. Наконец, вагон остановился, выскользнув в темное пространство, казалось, лишенное стен. Выбравшись наружу, Серый взял его за руку, Антон взял за руку Андрея - чтобы не потеряться. Фонарик ещё тлел, но уже так тускло, что почти ничего не освещал.
- Линия здесь кончается и нам придется идти дальше пешком, - угрюмо сообщил Сергей, осмотревшись. - Надеюсь, что недалеко. Не расслабляйтесь. Подгорных тварей тут уже не должно быть, но рисковать не следует. Пошли!
Здесь явно не было ни души, не слышалось ни единого звука - но ощущение, что здесь кто-то ЕСТЬ, было очень резким и Антону стало неуютно. Он невольно жался к товарищам, каждую секунду ожидая, что на них вдруг бросится нечто невообразимо страшное. Хотя у всех мальчишек были ножи - и не каменные, шансов на то, что удастся отбиться от кобольдов, окажись они здесь, было очень мало. К счастью, у Андрюхи осталось копьё - но одна острая палка тут мало что меняла. Фонарик уже почти погас, Антон не видел тут ни зги и не представлял, как Серому удается находить здесь путь. Наверное, он вел их просто наугад, ориентируясь по едва заметному здесь сквозняку...
