— Ой, нет, — замахала я, руками почувствовав приступ тошноты. — Я минералки попью. И извините.
— Извиняешься, что напилась? Плохо не нам, — хмыкнул папа.
— Иди на воздух, посиди, зеленый цвет твоего лица даже меня пугает. Мама принесет тебе воды.
Я вышла во двор и уселась в кресло. Утро было прохладным и немного пасмурным. Дочка резвилась в своем мини-парке.
— Твоя вода, — протянула бутылку мама.
— Спасибо, мам, подожди. Я вчера очень поздно пришла?
— Пришла? Тебя Влад принес. Сказал, что в машине уснула, занес в комнату и уложил, но раздевала я. Детка, разве можно так пить до беспамятства?
— Мам, я правда уснула.
— Так счастье свое и проспишь. Я все переживала, что Влад на тебя глаз положил, а он носится с тобой, на руках носит, пьяную принес. Я не знаю, где ты заснула, но машины и близко не было, и, судя по вашей одежде, оба в траве валялись.
— Ничего не было.
— Я знаю! Что ему с тобой пьяной делать? Да и по тебе видно, что секса давно не было, небось, в чувство тебя приводил и перед нами выгораживал! А ты нос воротишь.
— Мама! Это тебе повезло, с папой, а я не хочу быть игрушкой.
— Игрушка? Он даже их не заводил. Захотел секса — взял первое понравившееся, поимел и за дверь. Влад предпочтет с Валариком побегать, зайцев половить, чем с людьми связываться.
— Он заек убивает?
— Пьет и отпускает, ему донорскую кровь приносят.
— Вы кого пьете?
— На рынке выбор большой, в основном свиную кровь. И периодически друг-друга, с отцом.
— Я заметила, мужчины много алкоголя пьют и не пьянеют.
— Пьянеют, просто пьют понемногу и быстрее трезвеют, кровь гоняют. Может, это самовнушение, но так мы чувствуем себя живее. Нам крови нужно не так уж и много, два-три небольших стакана в сутки, я и двух не осиливаю.
Прошло трое суток. Я никуда не выходила, к нам никто не приходил. Днем играла с дочкой, вечерами болтала по скайпу с девчонками, обсуждая свадьбу. Ночами обострялось чувство одиночества, и, как ни крути, ждала его. Семейные ужины отложили, все были заняты подготовками к началу учебного года и свадьбой.
— Пап, мне бы на работу устроиться.
— Если нужны деньги, возьми карточку.
— Не хочу сидеть у тебя на шее.
— Лера, ты учиться будешь, — коротко ответил отец.
— Я не хочу учиться! Ну ладно, хотя бы учиться и работать.
— В принципе, это возможно, обсуди с Владом.
— А он причем?
— Ты принадлежишь ему, он и будет решать, работать тебе или нет.
— У меня теперь и права голоса нет?
— Голоса есть, выбора нет, — уточнил отец.
— Меня лишили всего, а ты спокоен.
— Ты сама себя лишила. И я придерживаюсь мнения, что женщина не должна работать, а если очень хочет, то обязана обсудить это с мужем.
— Влад мне не муж.
— Он — нет, это ты ему типа «жены» Это как односторонний брак: ты принадлежишь ему, а он тебе нет.
— Что за порядки идиотские, если мужчина мне не принадлежит, то и я ему не хочу. С какой стати я должна это терпеть?
— Стань его Королевой.
— Опять Королева. Мам? Ты Королева?
— Да.
— И как? Корона не жмет? — съязвила я.
— Валерия!
— Извини, бесят их порядки.
— Да, некоторые из них глупые, но зато здесь все живут в мире. Тебе некого винить в том, что вышло именно так. В тот вечер тебе должны были объяснить и правила, и порядки, но ты решила свою судьбу сама, убежав за Владом.
— Хорошо. Кто-нибудь мне внятно объяснит, как так. Женщина принадлежит вампиру, он, что хочет с ней, то и делает, а она и права голоса не имеет?
Мне хотелось понять и разобраться в этих правилах.
— Не совсем. Только свободный вампир может выбрать себе свободную девушку, по ее согласию поставить отметку на шее. Он имеет право пить ее кровь и только. Сколько и когда — они решают вместе. Вампир не имеет права гипнотизировать девушку и принуждать к чему-либо. Если между ними и есть сексуальная связь, то только по обоюдному согласию. Зачастую тут своими делают только в случае симпатии, это стало больше похожим как на предложение к совместной жизни. Поэтому мужчина в паре главный, он и решает все бытовые вопросы. Влад вполне обеспечен, и это нормально, его нежелание, чтобы его женщина работала, — пояснил отец.
— Ага. Значит, принуждать меня не будут, ну и на этом спасибо.
Родители засмеялись.
— Пока сама не согласишься, после чего ты перейдешь в ранг гражданской жены, — смеясь, добавила мама.
Я с улыбкой посмотрела на нее.
— Как-то не греет мысль быть женой на сутки, потом получить вольную.
Родители переглянулись и засмеялись еще громче.
Сентябрь.
Утро первого сентября было суматошным. Моя маленькая принцесса стояла в дверях, с огромными бантами. Крепко обняв дочку, я заревела.
— Не отдам, она такая маленькая и будет сама жить.
— Лера, успокойся. Марго на выходных будет дома. Там за ней присмотрят Олег и Инга, — успокаивал меня отец.
— Ей всего пять лет, пусть дома будет.
— Здесь дети ходят в школу с четырех лет. Отвозите Марго и езжай в университет, тебе тоже на учебу.
Поцеловав нас, отец уехал.
В школе Олег забрал ребенка, меня отправил на учебу, дабы не нервировала своими слезами. Инга вызвалась меня отвезти.
— Надеюсь увидеть лицо Влада, он оценит тебя в форме.
— Инга. Это форма университета.
