А теперь полностью готовая работа была уничтожена. Ангелина по известной лишь ей одной причине вытащила холст из красивой резной рамы и безжалостно искромсала чем-то острым – ножом или ножницами.
– Зачем ты это сделала? – потрясенно спросил Митя.
Она взглянула на испорченный холст, словно впервые увидела его, и он понял, что жена не знает ответа на этот вопрос. Похоже, Ангелина была удивлена не меньше, чем он сам.
Дальше была истерика, бесконечные извинения, слезы… Митя взял на себя объяснения с разгневанным певцом, которому пришлось вернуть выплаченный за работу аванс плюс неустойку. Чтобы не пошли ненужные разговоры, пришлось соврать: Митя сказал, что их квартиру затопили, и картина пострадала от воды. В конце концов, артист вошел в положение и даже посочувствовал Лине, узнав, что от воды пострадали еще несколько уже готовых работ.
Именно тогда Митя и решил, что жене нужно сменить обстановку. Развеяться, отвлечься. Он знал, как она любит море, и решил, что пара недель отдыха на побережье пойдут ей на пользу.
Стелла тоже поддержала эту идею. Заявила, что и ему давно пора выбраться куда-нибудь отдохнуть. Если не делать паузы в работе, глаз может замылиться, восприятие – потерять остроту, сказала она. И вообще – он же не хочет угробить себя ночными бдениями над эскизами и чертежами?!
Митя вышел из лифта и убрал телефон в карман. Он пересек огромный холл и приготовился выйти из здания, когда возле турникета его окликнул охранник.
На первый взгляд Савелий Максимович Лаптев казался простоватым и заторможенным, но это было заблуждением. Помимо острого ума Лаптев обладал изумительной памятью: помнил номера внутренних телефонов, имена и отчества всех сотрудников бизнес-центра, а также бывших и нынешних арендаторов; знал, на каком этаже расположен тот или иной офис.
– Дмитрий Владимирович! Уходите? – Лаптев зачем-то следил за передвижениями обитателей «Делового мира». – Сегодня еще вернетесь?
– Нет, не вернусь, – отрапортовал Митя и толкнул дверь.
– Минутку, пожалуйста. – Охранник высунулся из-за своей стойки и сказал: – Тут письмо для вас передали.
– Вам? В охрану? – удивился Митя. Обычно корреспонденция поступала на ресепшн, в администрацию, оттуда ее и забирала Стелла.
– С утра мальчишка с газетами принес, – пустился в объяснения Лаптев, – я взять-то взял, а спросить, что и как, не успел, народу с утра полно, сами знаете…
– Там сказано, откуда оно?
– Только адрес. И написано, что в офис «Мителины»… Обратного адреса нету. Так вы возьмете или мне Светлане Георгиевне отдать, когда спустится?
Светлана – настоящее имя Стеллы, но так ее называли только малознакомые люди. Она почему-то терпеть не могла данного родителями имени, и не меняла его только чтобы избежать волокиты с документами.
Лаптев выжидательно и с некоторым нетерпением смотрел на Митю. В руке он держал белый конверт, по размеру немного больше обычного почтового.
Разбираться с письмом не хотелось. Наверняка, ерунда какая-то: рекламная рассылка или что-то вроде того. Им постоянно приходило много всякого мусора.
– Передайте Сте… Светлане Георгиевне, – попросил он Лаптева.
Тот согласно кивнул, они распрощались, и Митя поспешил на стоянку.
Меньше, чем через сутки они с Линой были в Локко.
Решив отправиться в отпуск, Митя поначалу думал об отдыхе в Испании – они с Линой ездили туда в свадебное путешествие, или Греции. Ангелина, которая после того случая с портретом певца постоянно ходила как в воду опущенная и смотрела виноватыми несчастными глазами, вызвалась сама найти, куда им поехать. Митя не возражал. К тому же ему некогда было заниматься поисками – горели сроки сдачи проекта.
В результате через пару дней Лина предложила ему выбранный ею вариант – этот самый Локко на Черном море. По словам жены, это было просто уникальное место. Наткнулась она на него случайно: Локко почти не обсуждали на форумах, посвященных отдыху. Похоже, о нем вообще мало кто знал. Однако побывавшие захлебывались от восторга, описывая изумительно чистое море, живописные горы, просторные пляжи и экзотические растения, выкладывали в сеть пейзажи дивной красоты и ставили пятерки за уровень обслуживания отдыхающих. Лина показывала мужу скаченные на компьютер фотографии и увлеченно комментировала каждый кадр. Видно было, что крошечный городок Локко буквально очаровал ее.
Поначалу Мите не понравилась эта затея: он считал, что отдыхать куда лучше за рубежом, чем на курортах краснодарского края. Но потом изменил свое мнение. Во-первых, поездка затевалась ради Лины – ей и решать.
А во-вторых, он не был на Черном море с детства. Раньше, ребенком, Митя почти каждый год ездил туда с мамой. И ему вдруг показалось – наивно, конечно! – что эта поездка будет чем-то вроде дани ее памяти. Мите остро захотелось взглянуть на места, где они прежде бывали вместе, услышать в шорохе волн ее тихий родной голос. Мама обожала Черное море и часто говорила, что должна была родиться близ него. Они всегда были близки, и ему ужасно не хватало ее теперь, когда она ушла так рано и так нелепо…
