Гидеон называет меня Ангелом, но это он - чудо в моей жизни. Мой великолепный, израненный воин, решивший избавить меня от демонов, отказываясь встретиться со своими. Клятвы, которыми мы обменялись, должны были скрепить нас сильнее, чем плоть и кровь. Но вместо этого они открыли старые раны, обнажив боль и неуверенность, которые стали наживкой для злейших врагов, появившихся из тени. Я чувствую, как он ускользает из моих рук. Мои самые большие страхи обрели реальность, моя любовь вынуждена пройти такие испытания, которые, боюсь, она не сможет выдержать. Светлым моментам нашей жизни стала угрожать темнота его прошлого, которую мы с трудом пытались преодолеть. Мы столкнулись с ужасным выбором: вернуться в уже знакомое нам спокойствие, которое было у нас до нашего знакомства или же бороться за совместное будущее, оказавшееся вдруг безнадежной и неисполнимой мечтой...
Кроссфайр – 4
Поток ледяной воды хлестал по моей разгоряченной коже, колкой болью прогоняя остатки кошмара, который все еще цеплялся за меня и который я как обычно не помнил.
Закрыв глаза и шагнув вперед под воду, я постарался поскорее смыть с себя страх и отвращение, охватившие меня.
Меня всего трясло. Я отвлекся мыслями о моей жене.
Мой ангел мирно спала в соседней квартире. А я хотел ее. Я так сильно хотел забыться в ней, но не мог. Это бесило меня. Не мог прижать ее к себе. Не мог подмять под себя ее роскошное тело, глубоко погрузиться в нее и прикосновениями прогнать дурные ощущения.
- Черт!
Я прислонился ладонями к холодной плитке, впитывая мощный поток воды. Я эгоистичный придурок.
Если бы я был хорошим человеком, то ушел бы от Евы сразу, как только встретил ее.
Но вместо этого сделал ее своей женой. Я хотел бы, чтобы о нашей свадьбе стало известно всему человечеству, а мы хранили все в тайне, известной только паре человек.
Но хуже всего было то, что если я хочу быть с Евой, то мне просто необходимо было разобраться со своими проблемами, из-за которых мы даже не могли вместе спать.
Намылившись, я быстро смыл с себя пот, в котором проснулся.
Спустя несколько минут, вернувшись в спальню, я надел пижамные штаны и отправился в свой домашний офис.
Время едва перевалило за семь утра.
Я покинул квартиру Евы и ее лучшего друга Кэри Тейлора несколько часов назад, чтобы дать ей возможность выспаться перед работой.
Мы не спали всю ночь, ненасытные и нуждающиеся друг в друге. Но не только. Между нами происходило кое-что еще. От настойчивости Евы мне стало не по себе.
Мою жену что-то тревожило.
Скользнув по окну на вид Манхеттена, мой взгляд сместился к пустой стене, на которой в офисе нашего пентхауса на Пятой Авеню висели фотографии. Я в мельчайших подробностях мог воссоздать этот коллаж, потому что последние несколько месяцев провел, изучая его. Раньше, я думал о своей жизни, глядя на город. Теперь, мое спокойствие полностью зависело от Евы.
Сев за стол, я включил компьютер, пошевелив мышью, и резко втянул в себя воздух, когда лицо моей жены заполнило экран. Без макияжа, с россыпью светлых веснушек на носу, она выглядела гораздо моложе своих двадцати четырех лет.
Я любовался в ее лицом, изгибом бровей, блеском серых глаз, полнотой губ. В такие моменты, когда я позволял себе помечтать, то почти физически ощущал эти губы, ласкающие мое тело. Ее поцелуи были благословением, обещанием моего ангела сделать жизнь стоящей.
Я сделал глубокий вдох и решительно набрал номер Рауля Хуэрты. Несмотря на ранний час, он ответил моментально.
- Миссис Кросс и Кэри Тейлор сегодня отправляются в Сан-Диего, - сообщил я, пальцы непроизвольно сжались в кулак от одной только мысли об их поездке.
Больше мне ничего говорить не пришлось.
- Понял.
- Я хочу видеть последнее фото Энн Лукас и подробный маршрут ее передвижений за вчерашний день у себя на столе не позднее полудня.
- Сделаем, - ответил он.
Отключившись, я уставился на пленительно красивое лицо Евы. Сфотографировав ее счастливой и беспечной, я дал себе обещание, сделать ее жизнь именно такой. Но прошлой ночью Ева расстроилась от возможной стычки с женщиной, которую я однажды попользовал.
Мы давно не виделись с Энн, но если она продолжит надоедать моей жене, мне придется напомнить о себе. Очень скоро.
Открыв почту, я просмотрел письма, где необходимо составил быстрые ответы, сразу фокусируясь на основных вопросах.
Я почувствовал Еву еще до того, как увидел.
Подняв голову, я прекратил печатать. Меня окатило внезапной волной желания, сменив обычное волнение, которое я всегда испытывал, если Евы не было рядом.
Я откинулся на спинку кресла для лучшего обзора.
- Рано встала, Ангел.
Ева стояла в дверях с ключами в руках, одетая в майку и шорты.
Светлые волосы в сексуальном беспорядке спутались на плечах, а щеки и губы покраснели ото сна. Она была без бюстгальтера, из-за чего ее роскошная грудь слегка выпирала из-под ребристой ткани.
Своим изяществом и формами она была создана ставить мужчин на колени, но постоянно твердила мне, что она совсем не похожа на тех девушек, с которыми меня раньше замечали.
- Я проснулась от тоски по тебе, - объяснила она хриплым голосом, один звук которого делал меня твердым. - А ты давно встал?
- Не очень, - оттолкнув клавиатуру, я освободил для нее место на столе.
Она могла соблазнить меня одними своими босыми ножками.
В тот же миг, как я ее увидел, я сразу понял - мне конец. Это обещание можно было прочесть в ее глазах и движениях. Где бы она ни появлялась, мужчины смотрели ей вслед. Желая ее. Так же, как я.
Стоило ей подойти достаточно близко, как я поймал ее за талию и усадил себе на колени. Наклонив голову, я схватил ее сосок губами и начал сильно и увлеченно его посасывать. Услышав как она ахнула и почувствовав как задрожало ее тело, улыбнулся про себя.
Я могу делать с ней все, что захочу. Она дала мне это право. И это был самый драгоценный подарок, который я получал в своей жизни.