Я смотрю, как Несса снимает свитер и джинсы, оставаясь в одном лишь обтягивающем трико. Бледно-розовом, таком прозрачном и облегающем, что видно очертания ее грудей, ребер и пупка и изгиб ее ягодиц, когда девушка поворачивается.
Не знал, что она танцовщица. Стоило догадаться — они с подружками выглядят соответствующе. Несса худая. Слишком худая, с длинными ногами и руками. У нее есть и небольшие мускулы — на округлостях икр, на плечах и спине. Шея длинная и тонкая, словно стебель.
Девушка распускает волосы, и те рассыпаются по плечам. Затем она скручивает их в узел на макушке и проверяет, что прическа держится. Не заморачиваясь с обувью, Несса босиком подходит к деревянной перекладине, расположенной вдоль зеркала, и встает в позицию. Она поворачивается лицом к зеркалу и спиной ко мне. Теперь я вижу две Нессы — настоящую и ее отражение.
Я смотрю, как она разминается — тянется и наклоняется — такая гибкая и пластичная, словно ее суставы вовсе не крепятся к телу или сделаны из резины.
Жаль, я не слышу, какая играет музыка. Классическая или современная? Быстрая или медленная?
Размявшись, девушка начинает кружиться. Я не знаю названий ни одного танцевального движения, кроме, может быть, пируэта. Я даже не знаю, насколько она хороша.
Но знаю точно, что прекрасна. Несса выглядит легкой и невесомой, словно листок на ветру.
Я смотрю на нее в благоговении. Как охотник смотрит на выходящую на поляну лань. Несса — лань. Она очаровательна. Невинна. Она идеально вписывается в окружающую ее обстановку.
Я посылаю стрелу прямо ей в сердце.
Таково мое право охотника.
Около часа я наблюдаю, как она без устали кружит.
Несса продолжает танцевать, когда я разворачиваюсь и возвращаюсь в клуб. Возможно, она пробудет там всю ночь. Я буду знать, потому что трекер лежит в ее сумочке.
Я слежу за Нессой Гриффин всю неделю. Иногда она ведет машину. Иногда идет пешком. Иногда сидит за столиком в любимом ресторане.
Она никогда меня не замечает. И с той ночи больше ни разу не почувствовала слежки.
Я знаю, где она учится и куда ходит за покупками.
Знаю, где она живет, хотя и так уже был более чем знаком с особняком Гриффинов на берегу озера.
Я даже знаю, что иногда она навещает свою невестку. Мне приятно знать, что они близки. Я хочу покарать Гриффинов и Галло. Хочу настроить их друг против друга. Это не сработает, если пропажа Нессы Гриффин заденет только одну семью.
Спустя неделю я практически уверен, что Несса Гриффин идеально вписывается в мой план.
А значит, настало время делать свой ход.
Несса
Я скучаю по брату. Я рада, что он так счастлив с Аидой, и понимаю, что пришла пора ему обзавестись собственным домом. Но без него в особняке так пусто, особенно за столом.
Как минимум, его присутствие сдерживало Риону.
Когда я спускаюсь к завтраку, она сидит за столом, разложив свои папки и бумаги по всей поверхности так, что мне достается лишь малюсенький уголок, чтобы поставить тарелку.
— Над чем работаешь? — спрашиваю я, подцепляя кусочек хрустящего бекона и надкусывая его.
Все блюда нашего повара выглядят так, словно попали к нам прямиком из той рекламы, где на столе идеально расставлены апельсиновый сок, молоко, фрукты, тосты, блины, бекон и сосиски — как будто нормальные люди действительно съедают все это за один присест.
Мы избалованы, и мне прекрасно это известно. Но я не собираюсь жаловаться. Мне нравится, когда для меня готовят. И еще больше мне нравится жить в большом, светлом, современном доме с обширной зеленой территорией и прекрасным видом на озеро.
Единственное, что мне не нравится — это как ворчит моя сестра с утра пораньше.
Она уже надела деловой костюм и собрала волосы в идеально гладкий пучок. Перед Рионой дымится чашка кофе, пока она просматривает свои бумаги, делая пометки цветными карандашами. Когда я обращаюсь к ней, сестра откладывает красный карандаш и раздраженно переводит на меня взгляд.
— Что? — недовольно спрашивает она.
— Я только спросила, над чем ты работаешь.
— Сейчас я ни над чем не работаю. Потому что ты меня отвлекаешь.
— Прости, — я слегка вздрагиваю от такой резкой реакции. — Но все-таки, что это?
Риона вздыхает и смотрит на меня с выражением, в котором читается «ты все равно не поймешь ни слова из того, что я скажу». Я же пытаюсь сделать умное лицо.
Если бы моя сестра хоть иногда улыбалась, она была бы настоящей красавицей. У нее белая мраморная кожа, прекрасные зеленые глаза и губы, накрашенные под цвет ее каштаново-рыжих волос. К сожалению, при всем этом ей достался характер питбуля. И вовсе не миленького питбуля, а такого, которого натренировали при любой схватке сразу вгрызаться в глотку.
— Ты в курсе, что мы владеем инвестиционной компанией? — спрашивает Риона.
— Да.
