Кларк Эштон Смит
ПЛЕННИК ЭМИРА
The Emir's Captive (2004)
I
В Сирийской пустыне заходило солнце. Пламенный шар уже скрылся за скоплением раскалённых докрасна облаков, затянувших багрянцем далёкий горизонт. Песок пустыни сверкал ярко-жёлтым в угасающем свете.
На мгновение облака разошлись, и длинный огненно-красный луч света проник через щель и отразился от незапылённого щита пустынного всадника. Его конь, скакун кохейланской[1] породы происхождение которой выводилось от скакунов царя Соломона[2] стоял спокойно и невозмутимо, чётко [выделяясь] на фоне горизонта. В это мгновение его хозяин выглядел единым с ним, словно двойная статуя, высеченная из цельного камня. Араб смотрел на закат, но его взгляд беспрерывно блуждал по далёкому горизонту, словно он чего-то ждал.
Он был рослым статным мужчиной, длиннобородым, облачённым в ниспадающий халат. На его поясе висела кривая сабля дамасской стали. В правой руке он сжимал длинное копьё, а в левой — небольшой щит из шкуры носорога, с острым шипом в центре. Черты его лица были мрачными, но благородными. Это был муж в расцвете сил, и его лицо потемнело от нестерпимого жара восточного солнца.
На некотором расстоянии справа от него высилась группа финиковых пальм, среди которых журчал хрустальный источник, давая жизнь недлинному ручью, терявшемуся в окрестных песках. Среди пальм располагалось множество чёрных шатров, рядом с которыми стояли верблюды и лошади. Поблизости суетились облачённые в белое фигуры и слышался низкий гул голосов. Поодаль от стоянки сидели верхом на лошадях несколько безмолвных фигур, вооружённых длинными копьями. Это был сторожевой отряд.
Эмир Юсуф бен Омар, которого мы только что описали, внезапно насторожился. Его зоркий взор обнаружил нечто — чёрную точку, медленно движущуюся далеко в море раскалённого песка. Заходящее солнце постепенно опускалось, и вскоре в его свете появился всадник. Он всё приближался и приближался, словно лагерь арабов был его целью.
Солнце на миг задержалось над красным горизонтом и пропало. Тьма пала на пустыню как одеяло, и заблестели звёзды. С востока выглянула луна.
Когда её первые лучи озарили пустыню, окрашивая все окружающие предметы в белое и серебристое, всадник подскакал к эмиру и соскочил со спины тяжело дышащего коня.
На миг он пошатнулся, словно пьяный, затем поднялся и обратился к эмиру. Он был юн, высок и красив, и одет почти так же, как Юсуф бен Омар.
— Отец, я сумел бежать, — выдохнул он. — Семь дней они держали меня узником в лагере неверных — меня, который отправился к ним как посланец. Это было предательство, ибо я пришёл к ним с флагом перемирия, и их предводитель обещал мне безопасность. Сегодня они отправили бы меня в лагерь короля Ричарда, но я бежал на своём собственном коне. [Сорок?] миль они преследовали меня, но их кони были не настолько быстры, как мой. И теперь я с тобой — в безопасности!
Произнеся последнее слово, он пошатнулся и почти упал к ногам отца.
— Я ранен… в грудь, — выдохнул он. — Их лучники сильны, а стрелы летят далеко. Проклятие Аллаха на них — неверных!
Тут говоривший снова впал в забытье.
Эмир, с потемневшим лицом, шагнул вперёд и поднял обмякшее тело на руки. Халат на груди затвердел от застывшей крови, а на правом боку юноши зияла рана, из которой была выдернута стрела,. Она могла и не привести к смерти, но для исцеления требовались искусный уход и время.
Юсуф отнёс своего сына в лагерь и вызвал к себе темнолицего сморщенного маленького человечка.
— Проследи, чтобы он поскорее поправился, — велел эмир, обращаясь к этому человеку, — иначе поплатишься головой, еврей.
Он удалился, оставив жилище в единоличном распоряжении Малахии, еврейского лекаря.
— Теперь — месть, — бормотал Юсуф, выходя из большого шатра. Многие из его воинов, видевших, как он принёс тело своего сына, сбивались в группки. Они сразу поняли, что Али, сын эмира, который отправился посланником в лагерь Роберта, одного из рыцарей короля Ричарда, столкнулся с предательством.
Здесь может потребоваться некоторое пояснение. Роберт де Монтревель с отрядом тяжёлой конницы отделился от войска английского короля и намеревался отыскать Юсуфа бен Омара, своего старого врага, с которым он сражался во Втором Крестовом походе. Он был разгромлен, и теперь жаждал отмщения. Поэтому, с позволения Ричарда, он отправился искать своего старого противника.
Юсуф, прослышав о его прибытии, прислал к нему в лагерь своего сына Али, как посланника, чтобы сообщить о намерении эмира условиться о месте сражения, где он и его враг могли бы раз и навсегда разрешить свой спор. Это должен быть поединок, и та сторона, предводитель которой потерпит поражение, оставит поле боя во власти победителя. И они должны были биться насмерть.
