Естественно, эти ящеры были далеко не последними. Всё, что происходило в Хадарте, включая наше маленькое путешествие к рыночной площади, можно было смело охарактеризовать одним словом – кошмар. Повсюду шла ожесточённая рубка, от мёртвых тел уже некуда было ступить, а с небес, несмотря на все усилия пастыря, продолжали пикировать волшебники, совершенные и камикадзе-разведчики, готовые вгрызться в жертву не хуже гигантского нетопыря. В этом аду никто и не думал экономить на свитках или боевых зельях. Захватчиков из иного мира жгли, замораживали, распыляли, выворачивали наизнанку при помощи самых могучих слов силы, а они всё лезли и лезли, будто осатаневшие пчёлы из гигантского разорённого улья. В центральных районах города, куда ещё не добралась вражеская пехота, было немного полегче. По ходу движения мы несколько раз встречали наспех сколоченные баррикады и видели большие отряды с магами, прорывавшиеся на подмогу защитникам городских стен. Видно было, что несчастный Хадарт слишком мал для двух схлестнувшихся армий, но даже это не помогло воинам пастыря удержать периметр. Да и как это сделаешь, если местные укрепления годятся, разве что, для борьбы с абомо? Старые ворота для ящеров не помеха, рва вовсе нет, а башен хорошо, если с полдюжины наберётся, и те больше декоративные.
– Вон и стела! – крикнул Димка, озирая открывшееся нам безобразие. – Дерзай, а я тебя прикрою с балкона. Войп!
И пропал. Хорошо ему, снайперу. Я не стал вертеть головой в поисках места, куда прыгнул приятель. В любую секунду с площади или с соседней улицы в переулок мог кто-нибудь заскочить, так что я сразу перешёл к делу. Мешок на землю, зелье скорости обновить, свиток быстрой крови использовать… Кровавую жатву тоже, пожалуй, бахну, лишним не будет. Смазки использовать – только время терять, всё равно сойдут, глазом моргнуть не успеешь. Так справлюсь, и совершенный, спустившийся с неба, дабы возглавить своих меньших братьев на площади, нисколько меня не пугает. Дима этому гаду спуску не даст, расстреляет намного раньше, чем я туда прорублюсь.
Выхватив оба меча, я присоединился к бьющимся не на жизнь, а на смерть солдатам и ополченцам, пробрался поближе к строю врага и применил сепру, разом обвалив целый фланг. Дальнейшее было делом техники, благо, под прикрытием мастера-лучника я себя чувствовал, как у Бога за пазухой. Крылатых волшебников мой камрад высматривал на раз-два и так же быстро сносил одним метким выстрелом. Интересно, когда у него колчан опустеет? А вот и стела. Привязка – и марш-бросок обратно до переулка, где мы с Димоном расстались. Остатки драконов люди пастыря как-нибудь и без нас добьют. И снова мы мчимся по улицам, теперь уже к башне, откуда колдует Кеган. Ну как мчимся? Скорей, пробираемся от одного замеса к другому. Внезапный чёрный экран, и я вновь на рынке, к вящей радости защитников, теснимых новой волной драконов. Драки, драки, сольный пробег по нашим остывшим следам, и я опять воссоединяюсь с напарником. Тот с кривой ухмылочкой сообщает, что меня раздавил совершенный. Вряд ли намеренно, говнюк ведь и сам в лепёшку расшибся, но мне от этого почему-то легче не стало.
Финальное слово во всей этой катавасии сказал пастырь. В ходе битвы он беспрестанно обрушивал на врагов разнообразные чары, пытаясь очистить небо и подступы к городу, и, в конце концов, видимо, нашёл подходящий ключик к драконам. Над городом разорвалось что-то сиреневое и ослепительно яркое, последовал ещё один дождь из дракончиков, а пешие ящеры временно утратили боеспособность. То ли он ослепил их, то ли ошеломил чем-то, но к тому времени, как солнце окончательно скрылось за горизонтом, битва была окончена.
– Постой, Ген, – придержал меня Дима, когда стало ясно, что можно немного перевести дух. – Я тебе отдал фиалы, как насчёт ответной услуги?
– Не вопрос, – я открыл инвентарь и начал передавать ему то, что нашёл в храмах. – А у тебя нет моих осколков?
– Два, – отозвался он, роясь в сумке. – Маловато, конечно, но третий я тебе уже переслал с Игнатием.
– Так это ты его замочил?
– А ты грешил на Григория Саныча? – расхохотался мой не пойми кто. – Ген, ты меня поражаешь!
– Кто кого поражает – это ещё вопрос. Ты вот меня дубиной в голову поразил, и не один раз. Объясниться не хочешь?
– Предлагаю говорить на ходу, – в руке его появился Волчий укус. – Держи вот. Правда, урон у него, по нынешним временам, смешной.
– Зато даёт бонус к ловкости, – я вернул клинок на его законное место и, поколебавшись немного, продолжил. – У меня для тебя тоже кое-что есть. Ты в храмы телепортироваться умеешь?
– Ну и вопросы у тебя! Ясен пень, умею. Вы ж меня и научили.
– «Мы» – это Стас?
– Вы – это вы, – фыркнул Димка. – Я за тобой уже давненько приглядываю, если ещё не понял. И на Трувора, – он снова фыркнул, явно довольный собой, – ты меня вывел, и на каменные кошели.
– Вижу, ты ждёшь чтобы я схватился за сердце… – мне как-то расхотелось дарить этому шпиону подарки. – Допустим, я поражён и задаю заветный вопрос: «Но как?!».
