Вечер был посвящен выделке копий. Теперь, когда ребята имели новое оружие, они чувствовали себя увереннее, и все же Ашот счел необходимым, как и в предыдущую ночь, установить дежурство. До рассвета мальчики поддерживали огонь в костре и следили за входом, Едва настали утро — двадцать первое утро их плена, — Гагик стал торопить товарищей:
— Пойдем же, принесем наших курочек! Чего вы ждете?
Обняв косматую голову Бойнаха, Асо тайком проливал слезы. Собака уже не в силах была двинуться с места. А на Шушик пастушок и смотреть не мог, такой у нее был ужасный вид.
Взяв из костра головню, мальчики вышли из пещеры, и пока они взбирались на гору, солнце поднялось уже довольно высоко.
— Попались! — радостно вскрикнул Гагик, увидев разбросанные вокруг силков перья, но, встретив мрачный взгляд Ашота, осекся.
— Чего ты в телячий восторг пришел? Не видишь разве, что тут лиса была? Унесла она нашу добычу.
У ребят руки опустились. Это был настоящий удар.
— Ничего, пойдем по ее следу и поймаем в ее же логове, — подал надежду Гагик.
— Как ты ее поймаешь? — с насмешкой отозвался Ашот.
Точно клещами было сжато его сердце: добыча ушла из рук!
— Напустим дыма. Задохнется.
— Ну, задохнется. А как ты ее вытащишь?» Впрочем, ладно, допустим, что и не вытащим. Но удушить ее все же надо, чтобы и дальше не таскала. Найдите след.
У ребят снова ожила надежда. В самом деле, если убрать с дороги, эту воровку, куропатки достанутся им! Эх, можно как-нибудь еще денек протянуть — набрать, ягод, птичек поискать. Но уж завтра-то утром они наверняка смогут ощипать куропаток. Главное, что простой и легкий способ охоты на них найден.
И, оживившись, они пустились на поиски еще одного своего противника.
— Стойте! А разве днем куропатки не пасутся? — мелькнула у Гагика новая мысль, — Давайте сейчас же поставим силки, но где-нибудь в другом месте. Зачем нам ждать завтрашнего утра? А потом пойдем за лисой.
Мысль показалась дельной, и ребята занялись установкой силков на другой террасе. Но что же примешать к траве? Ведь крошек-то нет!
— Быть может, травяные семена? — предложил Гагик.
Но никто не знал, семена каких трав предпочитают куропатки. Пришлось нарвать сухой травы и растереть ее в мелкую соломку. Куропатки любят рыться в соломе и тогда, когда в ней нет и семечка.
В ложбинах, в тени больших камней, мальчики раскапывали мокрую от впитывавшегося в нее талого снега землю, мяли, месили ее, собирали камни для постройки западней. Они тяжело дышали и едва не падали, от слабости кружилась голова. Однако труд внушал им надежду, а надежда поддерживала силы.
— Ладно, хватит. Пойдем теперь за лисой, — взяв свое копье, сказал Ашот.
Они спустились на террасу, осыпанную перьями куропаток, и начали искать следы лисы.
— Нашел! Ну и большая же была лиса! — воскликнул Гагик, указывая на след, отпечатавшийся на мокрой земле.
Ашот взглянул и вздрогнул.
— Это был барс, — прошептал он. — А ну, раздуйте сильнее головни! Кидайте камни! Кричите!
Его тревога не была напрасной. Действительно, совсем недавно, на заре, зверь завтракал здесь куропатками.
Ребята скатили с горы несколько больших камней, пошумели, и, когда немного приободрились, Гагик сказал:
— А не ошибся ли ты, Ашот? Погляди лучше.
— Что тут смотреть? Разве не ясно? Видишь, какая лапища…
— А может быть, это был волк или твой манул и мы зря боимся?
— Нет, это не волк, — взглянув на след, заключил «специалист по волкам» Асо. — След волка меньше и длиннее.
— У волка и когти двух пальцев на передних лапах длиннее, — добавил Ашот с таким видом, точно хотел сказать Асо: «Хоть твоя жизнь и проходит с волками, но и мы кое-что понимаем!»
— Да, у волка два «пальца вытянуты вперед и когти открыты, а тут их не видно, — сказал Асо и сам испугался своих слов. Он, кажется, только сейчас сообразил, какой ужасный зверь живет вблизи их пещеры.
— А где же у барса когти? — простодушно спросил Гагик. — Что-то их вовсе не видать.
— Сложил, как перочинные ножи, чтобы не повредить лезвия. А может быть, и рысь, кто знает. Если рысь — пустяки, она не причинит нам вреда. Идем, — сказал Ашот, сам не зная, куда же, собственно, идти.
И долго еще мальчики не решались покинуть террасу — не только потому, что боялись встречи со зверем, а потому, что им тяжела была сейчас встреча с Шушик. Они знали, что жизнь голодной, больной девочки постепенно угасала, словно фитилек в плошке, где выгорают последние капли масла.
Шушик они нашли в полубессознательном состоянии.
— Все время жаловалась, что мерзнет, — печально сообщил Саркис.
Ноги у девочки были холодные. Огонь в костре угасал, а топливо кончилось. Идти за ним не было ни сил, ни отваги. Кто знает, ведь, может, именно сейчас в Дубняке их подстерегает барс. И почему именно в Дубняке? Он может прятаться и в кустах, как раз напротив пещеры.
