и придя к выводу, что ничегошеньки от него пока не зависит, юноша позволил себе слегка
расслабиться и осмотреться. Он максимально ослабил поводья, дал лошади возможность
самостоятельно выбирать темп и направление движения, следя лишь затем, чтобы не
слишком отдалиться от Гэла. Впрочем, тот, похоже, тоже предпочёл временно смириться
с создавшимся положением и ехал молча, глядя куда-то себе под ноги. Казалось,
однорукий воин по прозвищу Стальная рука совершенно забыл о Стиве.
«А, может, и забыл! – невольно подумалось Стиву. – Что я, в сущности, знаю о Гэле, о
его прошлом. Вот он встретил своего старого знакомого, и одному Небу известно при
каких таких обстоятельствах они познакомились и какие дела вершили вместе!»
Но Стив, как оказалось, ошибался - Гэл о нём вовсе не забыл. В настоящий момент он
думал именно о Стиве, вернее, о тех крупных неприятностях, которые грозили юноше по
возвращению на родину.
- Слушай, а ведь Варкраб прав! – неожиданно произнёс Гэл, поворачиваясь в сторону
Стива. – Я, как-то, совсем упустил из виду это обстоятельство…
- Какое обстоятельство? – удивлённо спросил Стив.- И в чём это он прав, твой Варкраб?
- Он такой же мой, как и твой! – невозмутимо ответствовал Гэл. – А прав он в главном:
мы и в самом деле – чёрные вестники! Впрочем, лично я не собираюсь выступать с этой
малопочётной миссией! А ты?
- Что, я?!
Стив ещё не всё понял, вернее, он пока не понял почти ничего, но всё же осознал
главное. На пути его возвращения домой встала вдруг новая какая-то проблема, и
проблема серьёзная…
- Ты хоть знаешь, кого называют «чёрными вестниками»? – спросил Гэл, с интересом
всматриваясь в лицо юноше. – Хоть слышал о них?
- Нет! – честно признался Стив. – Никогда не слышал.
Гэл молча кивнул, так, словно ожидал именно такого ответа и был им вполне
удовлетворён. Некоторое время они ехали молча, потом Стив не выдержал.
- Чёрные вестники – это те, кто смог выжить, когда все погибли, так? – спросил он.
Гэл кивнул.
- Именно так. Странно, что ты не слышал о «вестниках» раньше. У вас что, их никогда
не было?
Стив задумался. Было ли у них в селении нечто подобное? Кажется, нет. Во всяком
случае, на памяти Стива. Впрочем, юноши их селения не часто отправлялись в военные
походы, предпочитая изменчивой воинской славе монотонный труд земледельца. И когда
158
дядя всё же решился отпустить в поход, его, Стива, жители показывали на старика
пальцами и оживлённо судачили у него за спиной. Дескать, совсем из ума выжил…
- Что делают с чёрными вестниками? – спросил он. – Их убивают?
Гэл пожал плечами и усмехнулся, грустно и иронично.
- Когда как, - проговорил он, продолжая кривить в невесёлой усмешке обветренные
губы. – Это – как решат…
Он замолчал, не договорив.
- Кто? – немедленно спросил Стив. – Кто должен решать, что делать с чёрными
вестниками?
Гэл снова пожал широкими плечами.
- Ну, конечно же, Высокое небо! – сказал он, и в голосе его явственно проскользнула
ирония. – Ну а своё решение Небо гласит устами местного жреца. Если жрец объявляет,
что вестника надо казнить – его казнят в тот же день.
Гэл замолчал, опустив голову, и некоторое время они ехали молча, среди шума, гама и
весёлого гоготанья разношерстного сброда, составляющего костяк банды Варкраба.
- Впрочем, - негромко буркнул Гэл, так и не подняв головы, - есть и другой вариант…
Он вновь замолчал, и Стив напрасно ждал продолжения.
- И какой же это вариант? – спросил он, поняв, наконец, что продолжения нет и не
предвидится. – Вестника могут признать невиновным в том, что он смог остаться в
живых, когда все остальные погибли?
- Ну что ты! – Гэл невесело рассмеялся. – Запомни, малыш – чёрный вестник виновен
всегда, ибо такова традиция! А именно в слепом следовании старым замшелым традициям
наша великая сила!
Тон, которым Гэл произнёс эти слова, заставил Стива слегка усомниться в истинности
процитированного выше постулата. Он слышал это изречения с самого раннего детства:
и от жрецов слышал, да и от дяди доводилось - и никогда ещё ни тени сомнения даже не
возникала у юноши в том, хорошо это или плохо: слепо следовать традициям. А вот
теперь, сейчас…
Впрочем, в дядином изложении традиции не назывались «замшелыми», и, возможно,
дело было именно в этом…
- И что же тогда? – спросил он напряжённо, ибо, ещё ничего не понимая, уже понял
главное: этот второй вариант гораздо хуже первого, хотя, что может быть хуже смерти…
- Что тогда?
Гэл вздохнул.
- Ну, скажем, жрец может упросить Высокое небо не лишать виновника жизни, дабы
дать ему шанс исправиться… - замолчав, Гэл искоса взглянул в сторону юноши. – И
знаешь, в чём состоит этот шанс?
- В чём? – спросил Стив, заранее сжав зубы.
- Смертная кара заменяется пожизненным служением жрецу.
- Что?! – с гневом и отвращением выкрикнул Стив, скрипнув зубами. – Воину стать
слугой, пусть даже и у жреца?! Лучше смерть!
- Мой брат тоже выбрал смерть, - тусклым, безжизненным каким-то голосом произнёс
Гэл, и голос его предательски задрожал. – Это было давно… ты тогда ещё и не родился,
наверное…
Он замолчал, всецело углубившись в давние свои воспоминания, и воспоминания эти
были, судя по всему, не из приятных…
