— Да, — жестко усмехнулся Дан, — как выяснилось, у прелестной Лакрессы амбиции и планы на будущее были такие, что постепенно она задвинула б на задний план даже своего многомудрого дядюшку! На трон девушка рвалась с ничуть не меньшей страстью, чем сам герцог Стиньеде! Я всегда ее считал смазливой, глуповатой, неприятной, но довольно безвредной… А как оказалось, она опасна. Под милой внешностью сидит весьма беспринципная особа. Впредь мне наука — более внимательно оценивать людей вокруг себя. Но ничего, я также намерен преподать ей урок! Вот ты спрашиваешь, почему она не сидит вместе со свом дядюшкой… А зачем? Арестовать столь милое создание и со столь невинным взглядом!.. Да что ты, как можно! Это прелестное существо вызывает умиление в своей очаровательной непосредственности, и многие не верят, что в столь милой головке могли зреть жестокие замыслы. Наказывать такую нежную крошку?! Ни за что! Не каждый мужчина меня поймет, да и я не так жесток! Разумеется, я, значительно урезал ее немалое приданое, и предложил Лакрессе выбор: она или навечно уходит в монастырь Раскаявшихся и там замаливает грехи своей семьи, или же, в противном случае, она может выйти замуж за маркиза Шаппле, человека, оказавшего короне множество неоценимых услуг, и после свадьбы с которым она никогда не должна покидать имения своего супруга. Был, конечно, еще вариант: за участие в заговоре я полностью лишаю ее состояния, не оставляю ей в приданое ни гроша, а точнее, ничего, кроме той одежды, которую она сможет унести в своей дорожной сумке. Тогда она вольна выйти замуж за любого, кто пожелает связать с ней свою жизнь. Правда, тому человеку, а заодно и всей его семье навсегда надо будет забыть дорогу не только в королевский дворец, но даже в столицу… Желающих не нашлось. А так как я был настроен очень серьезно, то из двух оставшихся зол Лакресса выбрала замужество. Ну, это ее выбор, хотя многие в этой ситуации предпочли бы монастырь. Однако, судя по твоим словам, она все еще не смирилась со своим поражением, и всеми силами стремится вернуть потерянное положение… Даже снизошла до разговора с тобой.
— А маркиз Шаппле… Что это за человек? Он настолько жесток и неприятен, что Лакресса решилась попросить помощи у меня?
— Да ты что! — картинно всплеснул руками Дан, изображая из себя безвинно оскобленного человека. — За кого ты меня принимаешь? Как я могу позволить себе дать жестокого мужа такой прелестной девушке, которая к тому же приходится мне дальней родственницей! Как дурно вы думаете обо мне, дорогая! Маркиз Шаппле — весьма достойный человек, всецело преданный королю и престолу, храбрый воин и достаточно состоятельный человек. У него есть всего три недостатка.
— Всего три?
— Конечно! Так, совершеннейшие пустяки, почти не стоящие внимания… Прежде всего, титулом маркиза был пожалован его дед, в прошлом простой мукомол. Пусть титул ему достался за немалую храбрость на поле боя, но, в любом случае, о древности рода жениха в этом браке и речи быть не может. Во — вторых, маркизу на днях исполнилось семьдесят пять лет. Бедняга пятнадцать лет назад овдовел, и с тех пор ищет, но никак не может найти себе достойную супругу. Все сделанные им предложения руки и сердца сразу же отклоняются претендентками под любыми предлогами. А получить такое сокровище, как прелестная Лакресса — о таком счастье он и не мечтал!
— О, Пресветлые Небеса!
— Если ты подразумеваешь, что маркиз несколько… не молод, то пусть это никого не беспокоит. Еще жив его отец, пару лет назад отметивший свое столетие. Кстати, его дед также жив и здоров, а ему, как говорят, приближается аж к ста тридцати годам! Поговаривают, что к ним еще и подружки захаживают… Семейка, правда, грубовата в общении, при дворе им лучше не показываться, чтоб не шокировать всех своими манерами. Дед — мукомол до сей поры не понимает, для чего нужно тратить деньги на учителей и образование, если и без этого можно прекрасно прожить на этом свете. И вообще, в их семье все мужчины славятся как долголетием, так и отменным здоровьем! Ни один из шести детей нынешнего жениха прелестной Лакрессы никогда и ничем не болел. Так что милая Лакресса вдовой станет очень не скоро. Если, конечно, станет ею вообще. Вполне может случится и такое досадное недоразумение, что крепкий, здоровый муж переживет ее, бедняжку…
— Не думаю, что Лакресса будет спокойно дожидаться смерти мужа, безропотно сидя в четырех стенах. Она постарается как можно раньше стать молодой богатой вдовой…