Снова включили свет. Забаррикадировали входную дверь, лужи крови засыпали песком. Шеф с довольным видом осмотрел отбитую территорию, заглянул под импровизированный стол, щит из досок, стоявший на камнях, вытащил из-под него картонный ящик, достал бутылку с яркой этикеткой. Скривился, пожал плечами, вытащил пробку, отхлебнул чуть не треть содержимого, медленно выдохнул. Постоял несколько секунд не двигаясь, передал бутылку мне.
– Держи Серега, подкрепись! Вот кто бы мог подумать, ром хлещут просто как пираты из детской книжки! Не могу сказать, что напиток высшего качества, так ведь пираты они, с них и спрос соответствующий…
Дот, ставший новым штабом, потихоньку обживался. Скоро вернулись матросы. Трое несли, будто поленья на вытянутых руках, карабины из Димкиного тайника, четвертый сгибался под тяжестью двух страшных на вид, зато вполне работоспособных пулеметов. Кое-как очистили лафеты от ржавчины, укрепили на них кровожадные стволы, все еще блестящие смазкой, не прошло и часу, как бойницы обрели своеобразные украшения, стали именно такими, какими их видели военные инженеры прошлого.
Почти сразу, мы еще толком не успели освоиться, пришлось пострелять. Из дота, что на противоположной стороне бухты, то ли спросонья, то ли от бессильной злобы начали палить пираты. Ни одна пуля не влетела в узкие бойницы, но шефа такое неуважительное поведение изрядно расстроило. Он оттолкнул матроса, который уже несколько минут безрезультатно пытался зарядить пулемет, справился сам и выпустил длинную очередь в сторону пиратского логова. В доте сильно запахло порохом, уши моментально заложило. Как только стих грохот выстрелов мне удалось расслышать громкие крики бандитов, наверняка недовольных подобным положением вещей.
– Вот это мощь! – шеф почти ласково погладил приклад, улыбнулся и повернулся к нам. – Что ж, господа-товарищи. Пока все в нашу пользу. Оружия у нас достаточно?
– Боле чем, – кивнул один из матросов. – Арсенал, как в хорошей войсковой части.
– Отлично. Оружие есть, стены крепкие. Жаль, бойницы большей частью выходят на море, а оттуда нам ничего не угрожает, стрелять по берегу неудобно, но ничего не поделать.
– Вот с припасами Михалыч у нас туговато, – подключился к разговору хозяйственный Витька. – Даже с учетом «трофейных». Сами видите, у них в основном выпивка, зато в большом количестве.
– Недостаток провизии, это не так уж и плохо, – Михалыч забрал бутылку у толстяка и сделал большой глоток. – Это значит, что долго отсиживаться мы не сможем. Значит, имеем больше причин для того, чтобы переходить от обороны к наступлению…
Погас свет. Собственно, этого и стоило ожидать. Электричество в дот провели сами пираты, взяли один из кабелей, перебросили его через джунгли, по кратчайшему пути. Теперь вот вспомнили, одумались, перерезали.
Тускло замерцал огонек, кто-то из матросов нашел керосинку, конечно, это решение, вот только топлива в ней на пару часов никак не больше. Глядя на слабенький коптящий светильник, Михалыч смачно выругался и пригрозил кулаком туда, где на другом краю лагуны ярко горел свет в бойницах.
– Думаю, это можно обойти, – пожал плечами я. – Надо просто кабель подходящий найти. Подключимся в радиорубке, протянем линию внутри тоннеля, только и всего.
– Дельное предложение… – шеф громко зевнул. – Займешься Серега? Я же пару часиков посплю, утро скоро…
Пока я бродил по бесконечным тоннелям в поисках подходящего кабеля, незаметно подкрался рассвет. Яркий солнечный луч влетел в узкую щель амбразуры. Он коснулся покатого бока пустой бутылки, лежавшей средь стола, разбился на множество ярких бликов. Озарил он помещение, превратив его из унылого бетонного укрепления в просто-таки сказочную избушку.
– Идут! – прошептал один из матросов.
Я бросил кабель, который пытался зачистить тупым ножом. Михалыч резво подскочил со своего импровизированного стула, будто и не спал вовсе. Он оттолкнул меня и матроса, подбежал к двери, прихватив автомат, приоткрыл смотровую щель, выглянул наружу, я посмотрел ему через плечо.
С другой стороны двери, медленно двигаясь по тропинке, шли трое. Первый, низенький и очень худой, нес палку, на которой красовалась почти белая тряпка. За ним шли двое, каждый из них толкал перед собой тачку, явно позаимствованную на нашей стройке.
Тот, который низкий и худой остановился, несколько раз взмахнул своим флагом, не иначе как в стремлении привлечь внимание. Что-то громко прокричал.
Мы дружно переглянулись. Все-таки никто кроме Димки местные диалекты толком не понимал.
Не получив ответа, а возможно и не надеясь на таковой, те, которые толкали тачки, обогнув знаменосца, приблизились к двери. Остановились. Погрузили на тележку одно тело, на него бросили другое, точно такое же действо произвели с еще двумя. Подозрительно замялись, один присел, на несколько секунд оказавшись вне поля зрения. Поднялся, кивнул напарнику, оба синхронно взялись за ручки тачек…
– Нутром чую, что-то они задумали, – прошептал Михалыч.
– Так может это, очередью их, для профилактики? – также шепотом ответил один из матросов.
