Причем не только слышу, но и знаю — сюда идет тот самый офицер, который говорил с нами внизу, причем идет не один, а с несколькими охранниками. Ну, лично мне все понятно: Хрипун вовремя не подал нужный знак офицеру, и теперь тот сам поднимается наверх, да еще с собой на всякий случай прихватил пятерых охранников. Теперь с ним будет шестеро против нас двоих — Мариду я в счет не беру. Самое неприятное в том, что, проходя виток, они за собой опускают решетку… Плохо дело! Получается, что тем путем, каким мы пришли сюда, назад нам никак не выбраться, хотя расчет был именно на это. Что ж, у нас есть и запасной вариант отхода, правда, такой, о котором еще совсем недавно и думать бы не хотелось. Но увы, похоже, придется воспользоваться именно этим самым запасным вариантом…
Офицер… Не знаю, что думает по этому поводу Кисс, но мне было понятно другое, и я, в отличие от Кисса, уже знала, что первоначально хотел предпринять этот немолодой офицер. А он был намерен ненадолго оставить своих людей в отдалении, а сам, вместе с Хрипуном, намеревался вытряхнуть из нас, запертых в тупике, координаты точного места, где зарыт тот самый призрачный клад… Потом от нас всех разом бы избавились (или, как сказал бы Визгун, сразу же грохнули), как вражеских лазутчиков, за какой-то нуждой тайно пробравшихся в тщательно охраняемую тюрьму, и вовремя опознанных охраной…
Э, да в погоню за богатством пристраиваются все новые бегуны! Вот этого обстоятельства Тритон со своим приятелем в расчет не брали. Не им одним хочется хорошо и богато жить. Вряд ли тот мужчина в лавке Тритона мог предположить, что прикормленный им тюремный офицер пожелает участвовать в забеге за золотом, причем на равных основаниях с теми, кто включился в этоу гонкут забег много раньше! Судя по всему, офицер на пару с Хрипуном тоже возжелали нагреть свои руки на слухах о немыслимых богатствах, зарытых в тайном месте. Как видно, офицер тоже решил, что для него выпал тот единственный шанс, о котором мечтают многие. Аппетиты разгорелись не только у больших людей, но и у маленькой сошки, также пожелавшей урвать свой кусок пирога. Золото манит многих, и оттого офицер намеревался любым путем вытряхнуть из Мариды и нас точное расположение того места, где находится клад…Ну да, конечно: узнать, где находится клад, сразу же убрать всех нас, а спустя какое-то время отправиться в указанное место и забрать то, что там припрятано… Ну, начинается драка из-за призрачного золота.
А вот что возможного недовольства касается тех самых больших людей, если они не узнают, где именно закопан клад… Если бы с нами что случилось, все тот же офицер потом придумал бы для своего начальства какую-нибудь отмазку — дескать, оба внезапно померли еще до того, как мы смогли у старухи правду узнать… Впрочем, никто бы и шуметь не стал: все же в руках офицера осталось наше письменное направление сюда и бляхи — недаром офицер из так тщательно спрятал! Есть чем шантажировать больших людей…
Ну и народ здесь подобрался! Интересно, это амбиции у офицера сыграли, или же он просто решил рискнуть, и одним разом сорвать большой куш? Так сказать, отхватить себе вспомоществование на старость… Что ж, не стоит недооценивать мелкую сошку — хорошо жить всем хочется! да и крупная рыба тоже вырастает из мелочи…
Н-да, это их интересы, а лично мне (если смотреть со стороны) все это напоминает схватку пауков в банке: кто кого первым загрызет, или же кто первым добежит до вожделенной цели… Ну, господин офицер, с вами за подобные мечты и поползновения хозяева позже разберутся, а вот нам-то сейчас что делать?!
— Эй, Хрипун, ты где? — раздался голос офицера.
Что касается Хрипуна, то он не сможет подать свой голос еще с полчаса, а то и дольше. Ну, а до того времени старый охранник будет лежать в отключке. И офицер, как видно, понял, что дела складываются совсем не так, как он ожидал — все же этот человек слишком давно служил в тюрьме, и умел неплохо держать но по ветру…
— Эй, вы, двое, отзовитесь! — послышался сильный голос офицера. — А ну, приказываю обоим стоять на месте, что одному, что другому! И не двигайтесь! Я сказал: все стоят, не шевелясь, до нашего прихода! Вам все понятно? — и сразу же после этих слов по коридору разнеслась громкая трель свистка. А звук, между прочим, сильный, и разносится очень далеко. Плохо дело: офицер сзывает своих подчиненных. По сути, это — сигнал тревоги, после которого на каждом из витков опускаются все без исключения решетки, и к месту, откуда раздался звук свистка, идет помощь.