Единственный плюс в этом замужестве – готовка Дана. Ради неё, возможно, я готова ещё немного потерпеть мужчину. Интересно, а он мне с собой запакует стейки, когда я бежать буду?
– Вкусно, - бормочу, понимая, что Альфа продолжает пристально смотреть. – Спасибо?
– Я думал тебе не понравится прожарка с кровью. Не смущает, волчонок?
– О, - тяну звук, рассматривая красные прожилки. Аккуратно надавливаю ножом, боясь, что сейчас хлынет кровь. Но Дан просто преувеличивает, обычный стейк. – Нет. Так… Кхм, что ты на самом деле искал в архиве?
– Почему меня так накрывает рядом с тобой, - отвечает так просто, словно мужчину ни капли не волнует эта слабость. – Это ненормально, меня бросает от гнева к спокойствию постоянно.
– Но разве сейчас не лучше? После того как ты поставил метку, как мы…
Взмахиваю рукой, не желая заканчивать фразу, крепче сжимаю вилку, чтобы та не улетела в лоб мужчины. Если он сейчас заявит, что это ни капли не помогло – я сама эту вилку и брошу. Зубчиками вперед.
– Лучше, - Дан упирается подбородком в свои ладони, пристально рассматривает меня. Снова. – Намного лучше. Было так плохо, как ты ждала? Нет? Так какого черта ты пыталась сбежать, Кора?
– Я тебе объясняла и говорила. Это – твоя жизнь, не моя. Я не принадлежу твоей стае, этому миру. Я другая.
– А вот это не совсем правда.
– В каком смысле? Я…
– Глаза не светятся просто так. Мы оба видели этот блеск, вспышку янтаря. И мы обо знаем, у кого так светятся глаза.
– Я не оборотень!
– Уверена, волчонок?
– Прекрати меня так называть!
Кора взрывается, со звоном бросает приборы на стол. Подрывается и скалится, будто сейчас бросится на меня. И кто скажет, что она сейчас не волчонок? Взрывной, с бушующими инстинктами, не умением держать себя в руках.
– Хорошо, - произношу медленно, чтобы не расстраивать девушку. – Я разберусь и с этим. Ничего ужасного не произошло.
– Произошло! Ты… А она… - касается пальцами метки, а у меня всё тянет внутри удовольствием. – А потом… И…
Девушка взрывается, всхлипывает. Вся дрожит, её бьет истерикой, а малышка старается удержать всё в себе. Срывается с места, бросаясь через гостиную.
Она не хотела, я знаю. Но это как открытый вызов, погоня. И я поднимаюсь в след за девушкой, перехватить, заполучить себе. Оказаться быстрее и сильнее, завалить под себя, приручить.
– Пусти!
Возмущается, когда падаю вместе с ней на диван. Крепко прижимаю, инстинкты довольно урчать. Поймал своего волчонка. Сейчас хотя бы немного проясняется.
Наши реакции, поведение. То, почему Кора вскидывается и треплет мне нервы, почему меня так штырит и ведёт вслед за ней. Может, я не такой и безумный, как думал.
Облокачиваюсь на спинку дивана, усаживаю Кору сверху. Она даже не спорит, только продолжает всхлипывать. Малышка, которая не была готова к подобному. И я тоже.
Я уже видел этот блеск, свет в её глазах. Но мне показалось, всего на секунду, мало ли что? А теперь убедился, рассмотрел янтарь, который не может быть у обычного человека.
– Я…
– Я понимаю, малышка, - тихо рычу, пытаясь повлиять на неё, успокоить. – Я знаю, что тебе страшно и ничего не понятно. Это не метка, не наш брак. Это что-то всегда было в тебе. Это не значит, что ты оборотень, Коралина. Просто в тебе есть ген. У кого-то он просыпается, у кого-то нет. Ты же знаешь, что Ника дочь Альфы?
– Да, знаю. То есть… Она не дочь!
Так забавно вскидывается, дует губы. Пытается прикрыть подругу, которая давно уже всё рассказала. Зато девушка больше не плачет, и меня это устраивает.
– Дочь, не дочь, неважно. У неё этого нет, она обычный человек. А вот ты… Твоя мать или отец, кто-то из дедушек, например.
– Нет, ты говоришь глупость. Мы жили в Старграде, городе людей. Там никого такого не было. Ясно? И когда я жила там, ничего не происходило.
– Совсем ничего? Никаких странностей, особенностей, которые выделяли бы тебя среди остальных.
– Нет, я… Ну… Меня называли ищейкой, из-за нюха, - давит пальцем на кончик носа, хмурится. Крепче прижимаю к себе, стараясь защитить от всего мира. – Я всегда чувствовала оборотней. Вы пахните псиной.
– Ну спасибо, малышка. Очень приятно. Ещё что-то?
– Нет. Но это не странно. У многих людей чувствительное обоняние, непереносимость резких запахов. Я не единственная такая.
Кора продолжает лепетать про то, что сама обычная и в ней нет ничего от оборотня. Себя убеждает, а не меня, но я не спорю, позволяю ей выговориться. Терпеливо слушаю всё, что девчонка мне говорит. Жалуется, вцепившись пальцами в мои плечи, фыркает время от времени.
Теперь её дикий характер обретает новые краски, не зря ведь волчонком называл. Как сегодня сама бросилась на меня, подгоняемая злостью. Царапала и кусала, неукротимая.
Я не спешу разочаровывать малышку, надо постепенно разбираться. Рано ей знать, что кто-то из родителей был оборотнем. Иначе ген бы не проснулся совсем. Разве что себе нашла бы мужа с таким же геном и получила детишек с сюрпризом.
– Мы справимся с этим, малышка.
