Для меня это звучит сказкой, но для него это реальная история его мира и его рода, и потому, я должна его уважать.
Беседа льется легко, и также легко льется вино. Мы говорим об окружающем мире, но на самом деле, всё больше говорим именно о себе. С каждым мгновением мир вокруг нас тускнеет, теряет свой облик, оставляя только нас двоих в нашем маленьком, уютном раю.
Ночь сгущается сильнее.
Майкл протягивает мне руку через стол и большим пальцем поглаживает тыльную сторону моей руки.
— Я хочу поделиться с тобой всем. Показать тебе всё. Моё сердце, моя душа… моё тело. Всё. Я так сильно хочу тебе отдать всё, что есть у меня… что.
Я вижу в его взгляде уязвимость, от которой моя грудь сжимается от тоски.
Качаю головой, прерывая его речь.
— Я знаю. И я приму всё. Я тебя люблю. И тебя и Кола. Я вас обоих… вас обоих люблю.
Я боюсь, что неправильно было упоминать сейчас Кола, но Майкл никак этого не показывает. Только слегка улыбается, явно довольный, моими словами. Надо уже запомнить, что о ревности здесь нет речи. Если, конечно, это не касается каких-то посторонних мужчин, не из нашей семьи.
— Попробуй, — он неожиданно снова наклоняется ко мне, через стол и подносит ложку с рагу.
Я удивленно моргаю, но послушно открываю рот, хотя мне и кажется это пошлым. Облизываю ложку и не догадываюсь отвести взгляда от Майкла.
Смущенно прикрываю рот рукой и смотрю на него искоса.
— Вкусно.
— Особый рецепт, рад, что тебе нравится.
Мне кажется, ему плевать на еду. Он просто играет со мной. В игру с известным и понятным результатом. Я склоняю голову, но мой муж снова подносит к моим губам посуду.
Теперь это маленькая склянка с мёдом.
— Это очень сладко, примерно, также сладко как и ты.
— Хочешь, чтобы я так выпила мёда? — спрашиваю.
— Да-а, — тянет он.
Я послушно чуть запрокидываю голову, я пытаюсь языком словить тоненькую струйку густой сладости. Неудачно. Капля падает в рот, а остальное оказывается на губах и декольте.
Но Майклу будто только нравится такой поворот событий. Он тянется к моему декольте и слизывает мёд с моей груди.
Я закрываю глаза, окунувшись в нежное и сладкое чувство, такое же, как этот чертов мёд.
— Хочешь, поиграем? — мурчит он.
— Я думаю, мы уже…
— Забери мёд, — говорит он.
Я послушно беру в руки несколько склянок и он неожиданно резко срывает скатерть, обнажая стол.
Ставлю склянки на место и удивленно замечаю в углу какие-то цепочки. Наклоняюсь и понимаю, что это наручники.
Да, кандалы на коротких цепочках, кожаные заклепки. Тупо смотрю на них и замечаю насмешливый взгляд Майкла.
— Я как-то… даже не знаю, что сказать.
— В этом доме полно цепей для непослушных девочек. Или очень послушных. Как ты.
— И что ты делаешь… с теми, кто на нем?
— То, что делал раньше уже не так важно. Важно то, что буду делать с тобой.
Он встает и чуть подкатывает рукав. Может быть, братья меня обманули и сейчас передо мной Кол. Ведь лёгкий БДСМ кажется в его духе. Или же их роли в хорошего и плохого мальчика просто роли.
— Я жду твоего согласия, — вдруг говорит он.
— Согласия на что?
— На всё, — произносит он. Его голос, до этого казавшийся спокойным, выдает его волнение легкой хрипотцой. Будто он на мгновение его потерял. Он поднимает на меня взгляд. — На эту ночь.
— Ты знаешь мой ответ. Он всегда «да», — отвечаю я.
— Я знаю.
Он обходит стол и подходит ко мне, подавая мне склянку.
— Начнем с десерта. Где ты хочешь, чтобы я тебя целовал?
Теперь моя очередь хищно улыбаться. Я беру одну из склянок, запрокидываю голову и тонкой струйкой лью сладкую жидкость себе на грудь.
Горячий язык проворно слизывает его, я ощущаю контраст прохлады и жара. Майкл просто разрывает моё платье и я лью мед себе на вставший сосок.
Когда язык Майкла начинает кружить по нему, я выгибаюсь в сладкой муке. — Да… да, — шепчу я так тихо, что кажется, будто он не слышит.
К своим ласкам он добавляет руки, гладит, ласкает, нежит меня своими сильными руками.
Закрываю глаза, предаваясь острым ощущениям. Я решаю чуть пошалить и тонкой струйкой мёда веду от своего живота всё ниже.
Майкл явно не против, и когда холодная капля касается моего белья, Макс просто отодвигает его, коснувшись самой приятной части моего тела.
Он нежно берет меня на руки и относит снова вниз, к берегу, не прерывая поцелуя.
Кладет там меня на землю, и заняв удобную позу снова начинает ласкать меня языком в самом чувственном месте.
От этого я теряю контроль за своим телом, ноги сами прижимают его сильнее к себе, а тело выгибается, двигается ему навстречу.
Так хорошо! — произношу я.
— Я знаю, девочка моя. Коснись своей груди, сделай это для меня, — он кладет мою ладонь на мою же грудь, я послушно сжимаю её, глядя ему в глаза. Захожусь в волне экстаза и принимаю мокрый поцелуй.
Второй рукой я ласкаю его волосы, сильные плечи, руки.
Он рисует на мне какие-то странные узоры, раскрывает языком складки и слегка входит им в меня. Потом переходит на точку чуть выше входа и всасывает её отчего меня прошибает сладким током.
Я выгибаюсь, упираюсь рукой в песок и чуть вскрикиваю.