Фазелис облизнулся. Я ему понравилась. Сердце забилось сильнее… Если Азазель взял меня девственницей, то я не побоюсь досмотреть спокойно все, что здесь произошло. Ведь могу же… Нежный поцелуй в шею еще раз напомнил, что это лишь воспоминания, которые я и вижу-то при помощи мужа.
— Отдашь ее мне? Она подпитает мои силы. Ее надолго хватит. Такая белая, чистая… Как снег, только горячий.
— Нет, Фазелис, ты уже смертник. А к ней привел камень Истинного служения. Иди к Баазу и потребуй себе часть добычи.
Белобрысый бросил книжицу на стол и последовал к выходу. По пути он чуть не сбил меня с ног, но в последний момент обошел.
— Обычный инкубатор важнее, чем двойник самого владыки. Демонов хватает, а я уникален. Может, я тоже не против оставить потомство…
Мы остались вдвоем с… бесом или с пресветлым? Я уже запуталась. Он неуловимым движением встал рядом и тут же вытащил у меня из лифа связку камней, убранных в нейтрализующую сеточку. Подбросил несколько раз и спрятал жестом фокусника — они испарились прямо в воздухе. Обезвредил девушку, значит. Молодец.
— Иди ляг на лавку. Проведем осмотр, — он обращался ко мне, но говорил будто сам с собой.
Фелиция по-прежнему находилась в том же помрачении, поэтому сразу выполнила приказ. Да еще лицом к стене отвернулась. Я же внимательно наблюдала за нечеловеком, который, по всей видимости, распоряжался здесь всем.
Он провел по столешнице, и над ней в облаке голубого дыма появился тот самый рогатый, который превратил меня в куклу там в коридоре.
— К тебе явился Фазелис. Он утратил хладнокровие, силы на исходе. Сожгите его. Но сначала убей и убедись, что артефактов на нем не осталось.
Бес бесстрастно кивнул:
— Все его игрушки подготовим для переправки в Бездну, в отдельной емкости.
Разговор получился коротким. Белый снова повернулся ко мне; между двух сведенных вместе ладоней сиял самый необычный камень, какой я когда-либо видела. Размером с голову крупной собаки и идеально круглый. Матовый черный цвет время от времени сменялся обсидиановым блеском, а ровную гладь тревожили алые всполохи.
— Что же, малышка, инкубатор — это хорошо, но нам же надо разобраться со всем, что в тебе скрыто.
Мое тело повернулось к нему. На секунду вздрогнула — он был похож на Азазеля, который почти так же рассматривал обессиленную меня в первые дни в Чертогах.
— Можно наполнить артефакты. На это согласилась твоя подружка. У нас здесь все с согласия донора… Она почему-то решила, что сможет противостоять мне ментально. Наверное, внушил ей лишние надежды… Без возражений отдала свою девственность, напитала сразу два кристалла. Такая сильная для человека, но затем отказалась от шанса на выживание.
— Вы не уйдете от ответа. Рано или поздно вас раскроют. Она была лучшей на три графства. Она… моя единственная близкая… — прохрипела Фелиция.
Похоже, ей вернули сознание. Белый предводитель демонов совсем ее не боялся. И бесцеремонно отвел подбородок сначала влево, затем вправо.
— Жаль, я думал, ты другая и спросишь, в чем заключался шанс… Ты тоже девица, и тоже с магией, но ее гораздо меньше. Зато есть в тебе нечто, каменный стержень, который редко встретишь в любой расе. Стойкая крошка. Кристалл Истинного служения реагирует на тебя, как ошалелый. Бездна решила, что тебе пора найтись. Мы явились за тобой, а все остальные стали приятным дополнением.
Наверное, стержень заключался в том, что, когда меня втаптывали в пыль, я пыталась из последних сил вцепиться в пятку надо мной зубами.
— Засунь голову под хвост яку, белобрысый ублюдок. Я согласна только на то, чтобы ты сдох. Первым, а твои рогатые приятели — сразу после.
— Агрессивная. Крепкие родятся дети. Даже не хочется отдавать такую кому-то из герцогов. Жаль времени мало. Ваш мир еще принадлежит Чертогам, и летуны уже заподозрили прореху.
Внимательно глядя в глаза, он потянулся к моей груди. Желания в них было примерно столько же, сколько и в моих. Две ледяные ощупывающие дыры.
Откинулась обратно к стене и попыталась лягнуть его сдвинутыми вместе ногами. Тело тут же онемело. Чесались только язык и гортань; больше Фелиция из прошлого не чувствовала ничего.
— Плохо, что самосохранение в тебе отсутствует напрочь. Во многих мирах женщины предпочитают выжить любой ценой, десятком голодных бесов их не испугать… Ой, я же не раскрыл всех условий. Не могу перестать тобой любоваться. Светленькая, как человеческий вариант монны. Интересно…
Фелиция больше не сомневалась, что перед ней тот самый демон, от которых Мидиус обязались защитить пресветлые. Только это не помешало таким, как он, совершать нападения на ее мир и на другие территории нейтральной зоны.
Тварь не стала представляться. Она для него была никем, куском полезной плоти. Из слов демона стало понятно, что все последние столетия, как сумели открыть порталы, охотились за одаренными девушками. Просто в их мире магия чаще выбирала женщин.
Причем, он настаивал, что то же самое делали ангелы — используя хранительниц как батарейки. Поэтому магичек на Мидиусе с каждым годом становилось все меньше.