Его ошеломленный вид доставил ей огромное удовольствие. Наполненная необъяснимой радостью, она повернулась и скрылась в шатре.
– Ей-богу, Анна, стоило согласиться с ним хотя бы ради того, чтобы увидеть его удивленные глаза. Но пусть не думает, будто я поощряю его домогательства.
– Я бы этого не опасалась, – возразила Анна, расчесывая волосы Ивейны красиво изогнутым гребнем из моржовой кости. – Но все-таки…
– Что?
– Не знаю, госпожа. Иногда мне кажется, что в нем уживаются два разных человека… и одежда тут не при чем. Можешь назвать меня дурой, но я не могу этого объяснить. Вот Торольв всегда одинаковый.
– Я поняла, о чем ты говоришь. – Ивейна, нахмурившись, вынула из сундука платье с длинными рукавами. Оно было сшито из тончайшего светло-зеленого полотна и украшено мелкими складками. – Иногда я сама не понимаю, то ли меня влечет к нему, потому что он нежный и благородный, то ли я просто пытаюсь поверить в его нежность и благородство, потому что меня к нему влечет.
– Гм. Очень уж это сложно. А мне нравится Торольв.
– Знаешь, Анна… – Ивейна обернулась. – Ты никогда не говорила, что влюблена в него? А он к тебе как относится?
Анна густо покраснела.
– Ты слишком торопишься, госпожа. Он меня почти не замечает. Но он красивый… по-своему.
Анна взглянула на хозяйку, удивленную ее признанием. И обе женщины расхохотались.
Их общий смех поднял Ивейне настроение. Она порылась в сундуке и достала еще одно платье, желтое, с короткими прорезными рукавами. Под ним на сложенной шерстяной ткани лежали украшения.
– Госпожа, эти броши великолепны. – Анна взяла в руки позолоченную овальную фибулу. – Видишь, как переплетаются фигурки животных.
– У норвежцев лучшие в мире мастера, – согласилась Ивейна, приложив к груди ожерелье из сверкающего горного хрусталя. – Я его надену. С желтым платьем и кремовой туникой.
– Но она же не сшита, – удивилась Анна.
– Нет, она ниспадает с плеч, прикрывая верхнее платье спереди и сзади. Смотри, у плеч она скалывается овальными фибулами, а это, – она указала на тонкую золотую цепочку, – крепится к одной из них. Женщины вешают на нее всякие мелочи. Обычно это ключи, но мы прицепим сюда этот гребень и маленький шелковый кошелек.
– Откуда ты все это знаешь?
– Из норвежских легенд. В детстве я ими заслушивалась, но… – девушка повернулась, всплеснув руками. – Ох, Анна, мне и в голову не приходило, что я окажусь в числе женщин, похищенных норманнами. К чему эти наряды, когда в душе я остаюсь англичанкой? Почему я не умоляла Рорика отпустить меня на свободу, вместо того, чтобы спорить и требовать? Почему?
– Не вини себя, госпожа. Вряд ли Рорик бы тебя отпустил, да и сейчас не отпустит. Я еще не видела мужчину, который так стремился бы обладать женщиной.
Ивейна взглянула на Анну с ужасом.
– Думаешь, он возьмет меня силой, если я откажусь? Неужели я обманываю себя, надеясь на его благородство?
– Нет. В благородстве Рорика можешь не сомневаться. Но сумеешь ли ты сама устоять перед ним? Ты Рорика боишься или себя?
Девушка покачала головой.
– Нечто подобное ты говорила на корабле. Я тогда не смогла ответить, не могу и теперь.
– Тебя ведь влечет к нему. Я это чувствую, и ты сама призналась.
– Да, влечет. Почему бы нет? Он красивый, он защитил нас. Бог знает, что с нами было бы, если б не он, но… – Ивейна взглянула на полог шатра. За ним ее ждало будущее… или погибель. – Знаешь, Анна, о чем я сейчас подумала. – Она повернулась к девушке и медленно произнесла: – Мы говорим о благородстве Рорика, но как же моя честь?
– Твоя? – нахмурилась Анна. – Но честь женщины напрямую зависит от мужчины. У тебя нет ни отца, ни братьев, ни мужа.
– Вот именно. Мне самой приходится защищать свою честь.
– Но…
Ивейна торопливо продолжила:
– Рорик дал мне отсрочку, но он может себе это позволить, потому что уверен, что я ему покорюсь.
– Но, госпожа, ты только что сама призналась, что сомневаешься в своих чувствах к нему…
– Сомневаюсь, – мрачно согласилась Ивейна. – Но если я и вступлю с ним в… в… любовную связь, то только по собственной воле. А не по принуждению.
– Гм. – Анна развела руками, глядя на ее решительное лицо. – А когда, по-твоему, у тебя возникнет желание вступить с ним в любовную связь?
– Думаю, скоро, – буркнула Ивейна. – Но ему это знать не обязательно.
– В таком случае, – пряча улыбку, Анна отдернула полог, – давай покажем этим норманнам, на что способны саксонские женщины. Вперед, госпожа.
Ивейна глубоко вздохнула и вышла из шатра.
И сразу же врезалась в Рорика.
Он схватил ее за плечи, шагнул назад и окинул ее взглядом с головы до ног.
– Ну? – поинтересовалась Ивейна. – Знатная женщина нравится тебе больше, чем нищий мальчишка?
Рорик вскинул брови, удивляясь ее воинственному настроению.
– Думаю, тебе безопаснее было оставаться в облике нищего мальчишки, красавица, – проворчал он, и его улыбка была очень мужской, манящей и совершенно неотразимой.
Ивейна изо всех сил старалась не улыбнуться в ответ. Бог знает, к чему это может привести.
– Святые небеса! – очень кстати воскликнула Анна. – Они тут все переоделись.
Рорик взглянул на нее с довольным видом.
