Откинувшись на спинку стула, Алазар благодушно поднял ладони с растопыренными пальцами, словно хотел успокоить уязвлённого короля.
– Хорошо, хорошо. Пусть будет свадьба. Мои драконы увидят, что тебе нечего скрывать, а твои люди оценят жертву.
– Но вряд ли согласится Иоланта…
– Согласится, – нетерпеливо перебил Алазар. К своему вящему удивлению, он внезапно ощутил спокойное удовлетворение. Эта свадьба была бы не более, чем сделкой. – Ты её король, и твое слово для неё закон.
Элоран поджал губы, и дракону внезапно захотелось рассмеяться. Юная эйрин поклялась, что вырежет ему сердце. Каково же будет её выражение лица, когда она поймет, кто станет её мужем. Что ж, это будет такая свадьба, что демоны Валторгии вздрогнут!
– Пусть будет по-твоему, Алазар из Эйрхельма, – наконец произнёс Элоран, и его голос звучал глухо. – Я отдам тебе в жёны Иоланту Кархалльскую.
Разлив эль по кубкам, Алазар протянул один из них Элорану.
– За гибель Церсии и Видхальма!
– За огонь Валторгии, куда они попадут! – отозвался король Авелона и, не сводя глаз с правителя Эйрхельма, осушил кубок.
Он чувствовал себя крайне мерзко, будто весь с головы до ног обляпался в навозе. Элоран был королем и прекрасно понимал, что есть вещи, которые он не способен изменить. Бремя власти тяжело, и ему пришлось стать жестоким к тем, кто был ближе и дороже всего на свете. Без этого ни королевство, ни людей он не удержал бы.
– В таком случае стоит позвать наших писцов, Алазар из Эйрхельма, чтобы заключить договор на бумаге.
***
Иоланта выглянула из окна и нервно сцепила пальцы. Изящные каменные постройки замка Алеран казались ей серыми пятнами на нежно-изумрудном полотне. Над живописными склонами холмов, на которых мирно паслись лошади и коровы, простиралось бирюзовое небо, настолько яркое, что глазам делалось больно. На самой кромке горизонта застыли облака, которые приобрели невероятный рубиновый оттенок из-за лучей закатного солнца. А между холмами вилась серебристая лента ручья. По берегу, важно переваливаясь с лапы на лапу, прохаживались гуси, то и дело оглашая округу скрипучим гоготанием.
Прошло больше недели, как Элоран отправился в Кархалл, и с той минуты Иоланта не переставала ждать своего жениха. Приказ покинуть крепость Четырёх Ветров пришелся ей не по душе, но все же она согласилась отправиться вместе с Калебом в Алеран, что находился к востоку от Кархалла. Здесь жизнь текла тихо и спокойно, будто в мире не существовало ни войны, ни боли, ни смерти.
Здесь не было драконов.
Иоланта прикрыла глаза и медленно втянула воздух через нос, стараясь успокоить сердце, затрепетавшее от волнения и дурного предчувствия в груди. Её мучили воспоминания о дне, когда драконы напали на её город. Едва стоило закрыть глаза, как тотчас перед глазами всплывали картины охваченных пламенем домов и разбегающихся в панике людей. Звон оружия, брань, воинственные крики эйрхельмцев и плач обреченных кархалльцев преследовали её по ночам.
Как преследовал образ рыжеволосого воина с зелёными глазами, полными леденящей ярости. Каждый раз он рождался из огня и дыма, которыми были охвачены залы храма Эйры. Раз за разом она пыталась вырваться из удушающих объятий, но, чувствую холодное прикосновения клинка к горлу, замирала под ним. «
Или нет.
Дракон преследовал её во снах. Иоланта часто просыпалась от собственного крика. Тело горело от прикосновений чужих рук, а соски ныли словно от поцелуев. В реальности старый Йорен спас её, пожертвовав собой. Вот только снам было всё равно.
– Не переживай, девочка. Элоран скоро вернётся, – нежный голос тётушки Эрлы выдернул Иоланту из размышлений. – С ним всё будет в порядке. Он сможет договориться с правителем Эйрхельма.
Эйрин тряхнула головой, избавляясь от навязчивых мыслей, и посмотрела на тётю. Эрла приходилась младшей сестрой её матери, эйрин Аэды. Она не была красавицей и не имела такого богатого приданого, как её старшая сестра. Кроме того, среди местных ходили слухи, что младшая дочь Орида Бри – вейра – злая колдунья, способная навести порчу или проклясть неугодного человека. А потому желающих взять Эрлу в жёны среди местных тэйров не нашлось. После смерти родителей и свадьбы Аэды и Гвенета Кархалльского тётушка осталась жить в родовом замке Бри.
Она приехала в Алеран сразу же, как только узнала о несчастье, постигшем племянницу. Сейчас Эрла сидела в кресле возле окна, и ловкие белоснежные пальцы порхали над вышивкой. Иоланта невольно залюбовалась.
