Мы прошли помещение и остановились перед дверью. Я уловила дуновение ветра, значит, где-то недалеко есть выход, первый раз я искала его совсем в другой стороне здания. Меня запустили в комнату и велели присесть, но постараться ничего не трогать руками.
Я как школьница сидела, сложив руки на коленях, и осматривала незнакомое помещение. Оно очень напоминало офис. Книги на стеллажах, картины в рамках на стенах, только установленная в углу дыба и закрепленная на потолке большая клетка портили представление. Для каких целей предназначались эти не вписывающиеся в интерьер предметы, я даже думать не хотела.
– Здравствуйте, Алиса Александровна. Я доктор. Можешь называть меня Станиславом Евгеньевичем, – вывел меня из задумчивости прозвучавший голос.
Он напугал меня, сердце забилось чаще. Доктор разместился за массивным столом и, подперев рукой голову, пристально посмотрел на меня, как бы изучая. Я проглотила собравшийся в горле ком. Что хочет он услышать, зачем меня привели к нему?
– Из Москвы? – спросил Станислав Евгеньевич.
Я растерялась, что делать, не знала как реагировать.
– В этом месте можете свободно общаться со мной, – улыбнулся на мою панику доктор.
У меня вырвался вздох облегчения.
– Я оказываю помощь нуждающимся в поддержке посетительницам.
– Посетительницам? – переспросила я.
– Да, мне так удобнее называть гостей нашего пансионата, – ответил Станислав Евгеньевич и зачем-то нервно потрогал бакенбард на щеке. Словно убеждаясь, что он еще держится, не отвалился.
Посетительницы, надо же такое придумать, скорее бесправные узники.
– Мы изучаем сексуальную природу женской полноты, делаем наблюдения и ведем записи поведения, – продолжил доктор.
– Ага! – съязвила я, подавляя нарастающее возмущение и чувствуя, как загораются щеки.
– Это же просто! Вы сотрудничаете с нами, мы обеспечиваем вам комфортное пребывание в стенах нашего пансионата. Не будет никаких трудностей.
– Трудностей, говорите?! Да меня жестоко и многократно изнасиловали группой мужиком и различными предметами! Били, заставляли унижаться, мучили. Это по вашему трудности пребывания? – я поднялась со своего места и нависла над столом врача, при этом сбив грудью стакан с шариковыми ручками и дебильной надписью «У кого сиськи, тот и прав!»
– Вернитесь на место, Алиса Александровна! Право говорить не дает права на вседозволенность! Еще хотя бы одна выходка с вашей стороны и я прекращу нашу встречу.
Я плюхнулась обратно на стул и зажала ладони между ног.
– Наш научно-исследовательский пансионат создан для изучения поведения женщин с повышенной массой тела. Наблюдение ведется по биохимическим, физическим, эмоциональным, неврологическим и другим параметрам, исследуется реакция на изменение показателей. Вам подключат несколько датчиков и проведут замеры чувствительности, реакции и еще некоторых параметров. Все абсолютно безвредно для вашего молодого организма. Изнасилования, как вы их обозвали, тоже часть программы исследований. Все это делается в интересах людей. Так что вы участвуете в великой гуманитарной миссии. И нас совершенно не волнует, как вы все это переживете и выживите ли в конечном итоге. Большинство восстанавливаются и живут спокойно и счастливо в свое удовольствие.
– Вы сами верите в то, что тут несете? – моему возмущению не было предела, меня просто трясло от злости. – Как можно после такого спокойно жить?
Мой собеседник кашлянул, прочищая горло.
– Я ожидал от вас более позитивной реакции. Ошибся. Вы не умеете работать в команде, и вам совершенно неинтересна эта увлекательная тема.
Я разинула рот от неожиданности.
– Что вы мне хотели предложить, – наконец смогла произнести, буравя Станислава Евгеньевича взглядом.
– Ну, например, заняться подбором и приглашением посетительниц. Как ваша подруга Марго. Или подобрать еще какую-нибудь работу.
Нет. Вот так просто мне предлагает работу этот незнакомый тип. Взять и согласиться. Тогда я смогу выйти из этого здания.
– Да, я согласна, – и закивала головой, чтобы не возникло сомнений в моих словах.
– Не так быстро, уважаемая, не так быстро. Сначала нужно завершить курс лечения. Потом будет видно.
– Но я не больна!
– Ошибаетесь, ой как ошибаетесь.
– И как долго продлится это лечение?
– Вы самостоятельно решите, что пришло время, – он вернулся за стол. – Я предлагаю вам обмен за более деятельное участие в научной деятельности.
– Что я должна сделать?
– Ничего делать специально не нужно. Просто вы станете стройняшкой, когда покинете наш пансионат.
– И все? Пройти через ад, посидеть на вашей долбанной диете и все?! Вы хоть слышите себя?
Станислав Евгеньевич удобнее устроился в кресле и внимательно посмотрел на меня.
– Я повторяю. Вы выйдете отсюда, только похудев, точка. И никак иначе. Похудеть – это единственный способ выйти отсюда живой и почти невредимой. Посетительницы специально подбираются с избыточным весом, но слишком полные нам не годятся. Они не в состоянии расстаться с привычкой набивать пузо, а вот только поднабравшие лишние килограммы, с готовностью с ними распрощаются. Ну, это так, не вдаваясь в тонкости.
