– Митра, ты молодец, я горжусь тобой, – выбралась из толпы Эдварда. – Стая приветствует и тебя. Ты доказала, что достойна.
Юная предательница дернулась от ее фразы, вскинув голову, умоляюще уставилась на меня.
– Простите, госпожа… я не знаю… как так получилось… Я… я думала, вы бросили меня… Обманули… Собрались спасти их… а меня… отослали умирать… Я испугалась… Пошла за вами в шахты, а потом… я не знаю, как…
Зато я знала. Ментальная сеть.
Внезапно люди вокруг замолчали. Все разом, как по команде.
– Дитя, посмотри на меня, – мягко попросила Шааль. – Я помогу тебе избавиться от чувства вины. Посмотри мне в глаза. Ты все сделала правильно. Посмотри… Девы, что еще сомневаются… И вы смотрите… Смотрите…
– НЕ СМОТРЕТЬ!!! – вскричала я, вставая на линию между царицей и студентками. – Она возьмет вас под ментальный контроль! НИКОМУ НЕ СМОТРЕТЬ!!!
– Смотрите… Смотрите… – настойчиво повторяла менталистка.
Митра сопротивлялась как могла, зажимала уши руками, трясла головой.
– Митра, не упрямься, будь послушной девочкой, и все закончится. Ну же… я успокою тебя, уберу боль. Посмотри на меня, милая.
– Зачем же ей смотреть на нее? – ни с того ни с сего вклинился в чарующий монолог Тир. Его мощная фигура развернулась, и одна из стражниц, державшая цепь, не устояла, плюхнулась ему под ноги. – Почему бы им всем не взглянуть на тебя лично, Зора Адра?
В ту же секунду Шааль заклинило на полуслове, она застыла с открытым ртом, взгляд ее опустел.
Зора! Зора стояла в толпе воительниц за спиной Нильи, и в глазах ее переливался золотом знакомый вертикальный зрачок. Ну конечно! Зора! Которая постоянно терлась в казарме с моими студентками! Чтобы лучше на них влиять! Вот где я должна была искать Богиню! И это все, что я успела подумать, потому что командующий вновь стремительно развернулся, мгновенно нашел взглядом Карлу и припечатал ее жестким приказом:
– Иди!
От столь ледяного, повелительного тона стоявшая на коленях подруга начала действовать быстрее, чем успела поперхнуться. С пронзительным треском высвободилась ее чистая сила и отбросила приставленных к ней воленстирок. Прежде чем кто-либо сообразил, что случилось, Карла исчезла.
В неестественной тишине послышались аплодисменты. Хлопавшая в ладоши Зора аккуратно обошла оцепеневших жар-птичек. Застыли все! Вся армия! Так и превратились в изваяния прямо в тех позах, в которых находились. Они не моргали и явно даже не мыслили! Все, кроме малышек, Митры, Тримы и некоторых моих студенток.
– Браво, генерал. Но это ничего не изменит. Зато я поняла, в чем ваша сила. Тем хуже для вас. Легионеров не должно существовать. Ни единого. Убить его!
А?!
Они отмерли, взвыли и всей оравой ринулись к командующему.
– НЕТ! – Я бросилась на помощь.
Но я бы не успела. Даже если бы ускорилась. Между нами были десятки безумных баб с серпами, и первой дорогу мне заступила Лиа.
– НЕТ! – завизжала Елин, рванулась к Тиру, вынувшему из второй стражницы серп, и прыгнула ему на шею.
Гадина!!! По кожаному плащу разошлись алые магические всполохи, сложились в сложный узор. Тир оторвал царевну от себя, но портал уже активировался и… телепортировал куда-то всех в радиусе нескольких метров от Елин.
Жар-птичек, оказавшихся на границе действия кровного заклинания, ровненько разрезало пополам. Толпа оторопела от неожиданности. Чего уж там, я тоже.
Ни моего генерала… ни Елин…
– Ох уж эта проклятая любовь, – досадливо заметила Зора. – Зи, прикажи Грифу начинать наступление и сама поднимай левое крыло в атаку. Лиа, Эдварда, разберитесь с этим недоразумением. – Божественный взмах рукой в мою сторону. – Убейте дефектных и догоняйте.
И вот тут-то я явственно ощутила, как коченеют внутренности от осознания действительности, затем тонкие тела, а после нехороший холодок предопределенности проникает в душу. На краю рассудка забил тревожный колокол: вот и настал тот момент… Вот и настал.
Легион далеко.
Передо мной армия.
За мной несколько человек, которых я поклялась защищать.
Перехватив поудобнее когти, под свист падающего артснаряда Эдварда и Лиа с подручными направились ко мне.
Мне конец.
Скорее всего.
Но они… не пройдут. Клянусь, ни за что не пройдут.
Иногда случается и так – ты точно знаешь, что не способен. Что это однозначно сверх твоих сил. Нереально. Тем не менее так же с абсолютной убежденностью осознаешь, что все равно должен это сделать. Неведомо как. Но ты это сделаешь. Прямо сейчас сотворишь невозможное.
Когда твоя вера в апогее, а воля слита с намерением, происходит нечто удивительное. Наступает особый миг, и незримые механизмы бытия отключают тебя от реальности, чтобы сразу вернуть обратно, но с новыми параметрами.
