Пляска смерти полностью

Капитан. Нет, лучше не надо!

Курт (с возрастающим беспокойством). Что за человек штык-юнкер Эстберг?

Капитан. Вполне порядочный, хотя и с купе­ческими замашками, само собой!

Курт. А начальник оружейных мастерских?

Капитан. Вообще-то, он мой враг, но ничего дур­ного сказать о нем не могу.

Курт (смотрит в окно, там виден движущийся ого­нек фонаря). Что они делают на батарее с фонарем?

Капитан. А там фонарь?

Курт. Да, и люди!

Капитан. Очевидно, наряд, по-нашему!

Курт. А что это такое?

Капитан. Несколько солдат под командой кап­рала! Небось идут сажать под арест какого-нибудь бедолагу!

Курт. О-о!

Пауза.

Капитан. Теперь, когда ты достаточно узнал Алис, что ты о ней думаешь?

Курт. Не знаю... я совсем не разбираюсь в лю­дях! Она для меня полнейшая загадка, так же как и ты, как и я сам! Дело в том, что я приближаюсь к возрасту, когда мудрость признается: я ничего не знаю, я ничего не понимаю!.. Но если на моих глазах совершается какой-нибудь поступок, мне страстно хочется узнать его причину... Почему ты столкнул ее в море?

Капитан. Понятия не имею! Она стояла на пир­се, и мне вдруг представилось совершенно естествен­ным столкнуть ее вниз.

Курт. И тебя никогда не мучила совесть?

Капитан. Никогда!

Курт. Странно!

Капитан. И не говори! Страннее некуда — у ме­ня просто в голове не укладывается, что это я совер­шил подобную низость!

Курт. А тебе не приходило в голову, что она бу­дет мстить?

Капитан. Она отомстила мне сполна! И это мне тоже представляется вполне естественным!

Курт. Каким образом тебе удалось так быстро обрести подобное циничное смирение?

Капитан. С тех пор как я заглянул в глаза смер­ти, жизнь повернулась ко мне другой стороной... По­слушай, если бы тебе пришлось судить нас с Алис, кого бы ты признал правым?

Курт. Никого! Но я выразил бы вам обоим свое беспредельное сочувствие, тебе, быть может, чуть большее!

Капитан. Дай мне руку, Курт!

Курт (протягивает одну руку, а другую кладет ему на плечо). Дружище!

Алис (входит слева, в руках зонтик). Ах, какая до­верительность! Вот это дружба!.. Телеграмма не пришла?

Курт (холодно). Нет!

А л и с. От этой задержки у меня лопается терпение; а когда у меня лопается терпение, я обычно поторап­ливаю события!.. Гляди, Курт, даю последний залп! И сейчас ему придет конец!.. Вот я заряжаю ружье — изучила учебник по стрелковому оружию, тот самый знаменитый нераспроданный учебник тиражом в пять тысяч экземпляров,— прицеливаюсь и: огонь! (Прице­ливается зонтиком.) Как чувствует себя твоя новая супруга? Юная, прелестная незнакомка? Не знаешь! Зато я знаю, как чувствует себя мой любовник! (Обни­мает Курта за шею и целует его; он отталкивает ее.) Он чувствует себя прекрасно, но все еще робок!.. А ты — подлец, которого я никогда не любила, ты, слишком надменный, чтобы позволить себе ревно­вать,— ты и не заметил, как я натянула тебе нос!

Капитан обнажает саблю и бросается на Алис, рубя направо и налево, но удары приходятся по мебели.

Алис. Помогите! Помогите!

Курт не двигается с места.

Капитан (падает на пол с саблей в руке). Юдифь! Отомсти за меня!

Алис. Ура! Он умер!

Курт отступает к дверям на заднем плане.

Капитан (поднимается). Еще нет! (Спрятав саблю в ножны, идет к креслу у столика для рукоде­лия и садится.) Юдифь! Юдифь!

Алис (подходит к Курту). Я ухожу — с тобой!

Курт (отталкивает ее так, что она падает на колени). Убирайся туда, откуда явилась, — в преис­поднюю!.. Прощайте! Навсегда!

Капитан. Не покидай меня, Курт, она убьет меня!

Алис. Курт! Не бросай меня, не бросай нас!

Курт. Прощайте! (Уходит.)

*        * *

Алис (круто меняет тактику). Каков подлец! Хорош друг!

Капитан (мягко). Прости меня, Алис! Иди сю­да! Иди сюда быстрее!

Алис (Капитану). В жизни не встречала такого подлеца и лицемера!.. Знаешь, а ты все-таки настоя­щий мужчина!

Капитан. Алис, выслушай меня!.. Мои дни со­чтены!’

Алис. Что-о-о?

Капитан. Врач сказал!

Алис. Значит, и остальное тоже неправда?

Капитан. Да!

Алис (вне себя). О! Что же я наделала!..

Капитан. Все можно исправить!

Алис. Нет! Этого исправить нельзя!

Капитан. Нет ничего, чего нельзя исправить, на­до лишь перечеркнуть старое и идти дальше!

Алис. Но телеграмма! Телеграмма!

Капитан. Какая телеграмма?

Алис (падает на колени перед Капитаном). Не­ужели мы и правда прокляты? Но почему это долж­но было случиться! Я же взорвала себя, нас! Зачем ты ломал комедию! И зачем явился этот человек и ввел меня в искушение!.. Мы погибли! Все можно было бы исправить, все можно было бы простить, будь ты великодушен.

Капитан. А разве чего-то нельзя простить? Че­го я не простил тебе?

Алис. Ты прав... но этого уже не исправить!

Капитан. Ума не приложу, хотя и знаю твою изобретательность по части всяких гадостей...

Алис. О, если бы мне удалось выпутаться! Ес­ли б только удалось... я бы окружила тебя заботой... Эдгар, я бы полюбила тебя!

Капитан. Послушай, да в чем дело-то?