Утром они встали с ощущением жуткого похмелья и головной болью, но довольные проведенным вечером. И по молчаливому согласию сделали вид, что ничего не произошло, что не было Щербатого, ссоры, странного и двусмысленного разговора и, главное, не было поцелуя, отравленного чужим именем.
А были выходные, когда они играли в пейнтбол, был тир, совместные прогулки и зарождающаяся дружба, которую оба приняли без лишних слов, разговоров и взаимных обязательств. Молча признав ее существование.
Алекс почти перестал наедине с Димкой выпускать колючки, словно у него отпала необходимость носить маску. Они часто созванивались, вместе проводили время, и Алекс иногда оставался у Димки ночевать. Но к себе Алекс не приглашал, и это Димку очень огорчало. Он чувствовал, что не все так просто в жизни Алекса, и что первоначальное впечатление не было ошибочным, и Алекс действительно скрывает какие-то тайны. И Димка понимал, что пока Алекс не откроется до конца, ни о какой настоящей, искренней дружбе говорить нельзя, а уж тем более, нелепо думать о любви.
Собственно, так далеко Димка не заглядывал, и, если честно, он вообще сомневался, что Алекс, с его принципами и убеждениями, когда-нибудь сможет полюбить парня, скорее всего Алекс был гетеросексуален до мозга костей.
Но пока Димке хватало такой дружбы, его радовало, что Алекс между своим дружком Щербатым и Димкой, выбрал его, Димку, да еще и сделал это в такой категоричной форме.
Тем большей радостью для Димки было, когда однажды Алекс, позвав в кино, предложил зайти перед этим к нему домой, предупредив, с высокомерным вызовом в голосе, что живет в коммунальной квартире. Димка на это заявление, только пожал плечами.
Когда Димка, нерешительно помявшись на пороге, нажал на кнопку звонка, дверь ему открыла древняя сухонькая старушка. Подслеповато щурясь, она осмотрела внимательно Димку доброжелательным взглядом, и не успел он еще открыть рот, чтобы поздороваться и сообщить о цели визита, как она, обернувшись вглубь темного коридора, уже кричала дребезжащим старческим голосом:
-Шууриичеек.
-Что, баба Варя? – откуда-то из недр огромного коридора раздался мягкий, немного приглушенный голос. Этот бархатный голос, с теплыми интонациями, никак не мог принадлежать всегда язвительному и настороженному Алексу, и Димка уже стал сомневаться, туда ли он попал.
-Шуричек, деточка, к тебе мальчик пришел.
Дверь в одну из комнат открылась, и оттуда появился взъерошенный и заспанный Алекс, в одних только низко сидящих на бедрах домашних штанах, которые почти полностью открывали плоский живот, со вздувшейся сбоку веной и темной дорожкой волос, убегающей в пах. Он был весь, какой-то помятый, с немного припухшими после сна глазами и красным отпечатком от подушки на щеке.
Но Димке он показался таким красивым, по-домашнему мягким и теплым, и у Димки защемило от боли сердце, потому что, скорее всего, ему никогда не придется видеть такого Алекса. Конечно, Алекс иногда оставался ночевать у Димки, и Димка видел его трезвым и пьяным, бодрым и уставшим, спящим и только проснувшимся, но все равно Алекс, хотя и вел себя у Димки в квартире непринужденно и по-хозяйски, как-то неуловимо давал понять, что он в гостях и, между ними стоял барьер, пусть прозрачный и вроде бы незаметный, но от этого не менее прочный и непробиваемый. И сейчас Димка с жадностью впитывал образ совсем другого Алекса — домашнего, окруженного привычной ему обстановкой, его личными вещами, впитавшими в себя его дух и сущность.
-Димка? – голос Алекса был удивленным и хриплым после сна.
-Привет. Ты так удивляешься, словно увидел инопланетянина, — рассмеялся Димка. — Ты же сам меня позвал. Мы в кино хотели сходить. Забыл?
-Да нет, — Алекс улыбнулся смущенно, ероша волосы. – Не забыл. Просто уснул, — и он немного виновато пожал плечами.
Тут из кухни вышла симпатичная, немного полноватая женщина. Вытирая о кухонное полотенце испачканные мукой руки, она приветливо улыбнулась:
-Здравствуйте. Вы Сашин друг?
Димка взглянул нерешительно на Алекса, не зная, как он его представит, и неуверенно кивнул.
-Да, теть Надь, — Алекс улыбнулся, подбадривая Димку. — Это Дима. А это Надежда Вениаминовна – жена Константина Анатольевича.
-Ой, ну какая Надежда Вениаминовна, — звонко рассмеялась женщина, протягивая руку. — Тетя Надя.
-Очень приятно, — Димка расслабился. В глубине души он очень боялся, что Алекс может опять представить его, как только дизайнера – наемную рабочую силу.
-Мальчики, пойдемте чай пить. Я пирожки уже почти дожарила и плюшек, как фрекен Бок, напекла.
-Надежда Вениаминовна с Константином Анатольевичем у нас ролевики, любят на досуге поиграть — фрекен Бок и Карлсон, медсестра и пациент, — незло подначил Алекс.
-Ах ты, баламут, — женщина мило покраснела и несильно хлопнула Алекса полотенцем по спине. — Я и так медсестра, без всяких игр. Ну, так что, несу пирожки?
