Телевизор был уже включен. Жанна увидела посадочную полосу аэродрома, толпу встречающих, цветы. Вот показался огромный лайнер. Он прилетел в столицу с места посадки космического корабля. Самолет чиркнул по бетону и, погасив скорость, подрулил к зданию аэропорта. Оркестр грянул марш. Над головами взметнулись букеты, яркие разноцветные флажки. Какой-то мальчуган попытался выбежать на летное поле, но его вовремя поймали.
Наконец, подали трап. Пришельцев бережно вынесли из самолета. Сменился кадр, и на экране крупным планом возник… Карлуша! Он был по обыкновению важен и преисполнен достоинства. Кот что-то промурлыкал, и несший его человек (дипломат, подумала Жанна) перевел:
— Счастлив приветствовать вас от лица дружественной цивилизации…
— Какой хорошенький, — сказала мама.
— Природа неистощима на выдумку, — поддержал папа.
А Карлуша все время вертел головой, и Жанна решила, что он высматривает ее…
Мораль этой притчи такова: чужие галактики гораздо ближе, чем принято думать…
Итак, мы отправляемся путешествовать. Машина уже под окнами, ухоженная, с залитым до горловины баком. Правда, предстоит еще разместить вещи Агаты, а это, скажу вам, проблема из проблем. Представляю, как она будет негодовать, когда я отсортирую бесполезные по-моему, но незаменимые по ее мнению предметы, например, принадлежности для укладки волос. Ну кому, кроме нее, втемяшется укладывать волосы во время туристического путешествия, да еще на машине?
Вы, конечно, не знакомы с моей Агатой? Я говорю «моей», потому что осенью мы создадим семью, ячейку общества. Правда, когда Агата на меня сердится (а это случается частенько), она говорит, что передумала и что вообще ей больше нравится Анс. Б-р-р! Этот нахал надоумил ее краситься под енота, мол, все модницы носят такую прическу. С ума посходили, и она тоже! Дождется у меня Ансик!
Кстати, именно Агате принадлежит идея нашего путешествия. Сейчас путешествуют многие, но не на своих машинах, энергетический кризис, знаете ли.
— А мы поедем на своей, — заявила Агата. — Путешествовать на собственной машине респектабельно, ведь горючее так дорого…
— И покрышки тоже, — сказал я. — Хорошо, что у меня нет машины, да и водить я не умею.
— Вот у Анса машина, конечно же, есть. И водит он с шиком, все так и мелькает!
— Ты-то откуда знаешь? Ездила с ним, признавайся!
— Ни с кем не ездила, но отпуск мы проведем только на машине, иначе…
Так у меня появился лимузин. Не новый, не роскошный, но разве в роскоши счастье?
— И в эту колымагу я должна сесть? — возмутилась Агата. — Никогда в жизни!
Пришлось с ходу придумать, что лимузин до меня принадлежал знаменитому киноартисту Льву Неукротимому.
— Как видишь, перед тобой вовсе не колымага, а историческая реликвия.
— Неужели он ездил в этом… в этой… — сказала Агата недоверчиво. — Хотя с его экстравагантностью… Что ты собираешься делать? — вдруг закричала она.
— Пропылесосить обивку.
— Обивку, на которой он сидел?
— Надо же выбить пыль!
— Не смей, это его пыль! Пусть все останется, как при нем.
Я подчинился и даже убедил себя, что машина, действительно, принадлежала Льву или даже целой львиной династии.
Не буду рассказывать, как учился водить. Упомяну лишь, что красоты лимузину это не придало. К счастью, исторические реликвии тем ценнее, чем более потрепаны.
Так или иначе, но утром, в первый же день отпуска, я подрулил к дому Агаты и нажал кнопку сигнала. Раздался трубный рев. Проснувшись, Агата высказала в окно все, что обо мне думает. А поскольку она думала обо мне не переставая, ей было что сказать!
Через четверть часа, когда удалось остановить поток эпитетов, обрушившийся на мою голову. Агата вспомнила о предстоящем путешествии и с новыми силами принялась укорять меня, теперь уже за то, что не разбудил раньше.
И вот позади скопище тесных жилищ и громоздких офисов, именуемое городом. Хочется петь, но я безголос (оттого, наверное, и выбрал профессию учителя пения). Пытаясь дать выход чувствам, я изо всех сил давил на педаль газа. Машина неслась с отчаянной скоростью. Мне всегда было свойственно безрассудство!
— Как медленно мы тащимся, — недовольно проговорила Агата. — На твоем бы месте Анс…
От неожиданности я издал рев, куда более громкий, чем сигнал нашего лимузина, а ведь Лев Неукротимый знал толк в громовом рыканье!
Снова чертов Анс!
Мы познакомились на вечеринке. Анс сразу же начал из кожи лезть, чтобы понравиться Агате. Мол, в нашей семье и по восходящей линии, и по нисходящей все сплошь интеллектуалы.
— Мой дедушка, — говорит, — как и я, архитектор.
Тоже мне зодчий! Строит коробки, которые и различить-то невозможно…
— Между прочим, — рисуется, — дом со шпилем, украшение города, построен по проекту дедушки.
Когда мы стали играть в телеграммы, я послал Ансу такую: «Восхищены успехами дедушки. Ценители архитектуры».
Агата надулась и принялась отчитывать меня за бестактность. Анс тут как тут:
— Не обижайтесь на него, Агаточка, при таком интеллектуальном уровне…
— А ну, катай отсюда, скунс вонючий, пока шкура цела! — говорю ему вежливо.
