— Ведьма, которую веками глубоко неправильно понимали, — ответил Реджи.
Фредерик фыркнул:
— Ну да, конечно. Её любимое прозвище — Гризельда Ужасная. Причём она сама его придумала. Держала на заднем дворе котёл, чтобы удобнее было готовить детей.
— Городская легенда, — возразил Реджи.
Фредерик посмотрел на него в упор:
— Думаю, твои личные воспоминания о ней затуманивают тебе разум.
Мои уши навострились, и по мне резануло нечто, неприятно похожее на ревность.
— Какие воспоминания?
Реджи отвечал так неохотно, словно слова вытягивали из него силой:
— Когда-то мы с Зельдой объединялись ради розыгрышей над особенно раздражающими членами сообщества. — И, метнув в сторону Фредерика убийственный взгляд, добавил: — Все слухи о том, что мы с ней были больше, чем друзья, — чушь.
Я бросила взгляд на Фредерика, чтобы проверить его реакцию. Он выглядел скептически, но промолчал.
Щёки мои вспыхнули. Что было нелепо. Даже если слухи, на которые только что намекнул Реджи, вовсе не чушь, мужчине сотни лет. Ожидать, что до меня у него вообще не было любовниц, было бы слишком.
Но это не значит, что мне должно нравиться.
— Думаешь, Коллектив её боится? — спросила я у Фредерика, пытаясь увести мысли в более безопасное русло.
— Я не стану притворяться, будто знаю, что у них в головах, — сказал он. — Но да, скорее всего. Как и большинство из нас.
Я задумалась.
— Есть шанс, что в Архивах есть запись о ней? Может, мы найдём там что-то, чем можно будет напугать Коллектив, чтобы они оставили Реджи в покое.
Лицо Фредерика просветлело.
— Архивы? — И снова он напомнил мне моего отца в те редкие случаи, когда ему задавали вопрос по истории. Поразительное сходство. — Ты можешь их просмотреть, если хочешь. Мне нужно срочно выполнить одно поручение для Кэсси, иначе я бы остался и помог тебе с этим. — Он посмотрел на Реджи. — Покажешь ей, где я храню книги?
Реджи кивнул:
— Конечно. Иди, займись своей невестой.
Глаза Фредерика блеснули.
— Спасибо. — А потом, обернувшись ко мне, добавил: — Я вернусь через несколько часов. А пока, прошу тебя, ни при каких обстоятельствах не тревожь Кэсси. Она спит и должна отдыхать несколько дней подряд.
Мои брови взлетели вверх. Что это за состояние, от которого человек должен спать днями напролёт?
— С ней всё в порядке?
— Будет в порядке, — сказал Фредерик. Его взгляд метнулся к Реджи, будто ища подтверждения.
— Будет, — уверенно подтвердил тот. — Обещаю, Фредди.
— Да. Да, — пробормотал Фредерик так тихо, словно говорил сам с собой. А потом ко мне: — Реджинальд расскажет тебе подробности, если хочешь.
Как только он вышел из квартиры, я тут же набросилась на Реджи:
— Что с Кэсси?
— Они обручились прошлой ночью, — объяснил он. — В рамках этого Фредди… — Он замолчал и потёр затылок. — Он обратил её. Когда Кэсси проснётся, она будет вампиром.
У меня отвисла челюсть. Даже зная, что это должно произойти, я никак не могла подготовиться к реальности. Кэсси — человек, которого я знала почти всю жизнь, — теперь была вампиром. Я видела, как она смотрела на Фредерика, и я была не настолько мертва внутри, чтобы не распознать настоящую любовь на лице другого человека… но всё же. Мысль о том, что Кэсси выбрала для себя это, лишь бы навсегда быть с возлюбленным, была для меня очень трудной для осмысления.
— Вау, — выдохнула я. Это было мягко сказано.
— Ага, — согласился Реджи. — Я не притворяюсь, что до конца понимаю, что они находят друг в друге, но я видел за века и влюблённых, и невлюблённых. И я знаю: у них всё по-настоящему.
— Сэм сойдёт с ума, — сказала я.
— Скорее всего. Но с этим Кэсси придётся разобраться, когда проснётся. Это не твоя забота.
— Разве? Сэм же мой брат. — К тому же у него было невероятно чёрно-белое мировоззрение. Впрочем, как и у меня большую часть жизни. Даже если я сама никогда не сделаю тот же выбор, что Кэсси, Сэм, вероятно, не одобрил бы моего нынешнего положения, узнай он, как далеко зашли мы с Реджи.
Реджи, должно быть, заметил, как я расстроилась, потому что стоило мне подумать, как было бы хорошо, если бы он меня обнял, как он тут же поднялся со стула, и я оказалась у него в руках.
— Шаг за шагом, — пробормотал он мне в макушку, а потом нежно поцеловал туда, для верности. — О Сэме и Кэсси ты сможешь переживать, когда придёт время. Сейчас в этом нет смысла.
Я уткнулась носом в его грудь.
— Но забегать вперёд и волноваться — это как раз моё.
Он тихо рассмеялся.
— Над этим стоит поработать. — Он на секунду замолчал, потом отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза. — Ты когда-нибудь задумывалась о буллет-журналинге?
Глава 28
Отрывок из
