Она уехала, а я присматриваю за ее квартирой. Поливаю цветы. Вернее, один цветок. Почти дерево… – Она задумалась, вероятно, вспоминая свою первую близкую встречу с Ильей, и Вера почувствовала раздражение.
– Зачем ты пришла ко мне? Что тебе от меня нужно?
Марина, словно очнувшись, села прямо, вся подобралась и проговорила, глотая слова:
– В два за мной должен приехать Миша. Это мой муж. Он все знает и ждет меня обратно. Я забеременела от вашего мужа. А от Миши у меня не получалось. Так что, как видите, я использовала Илью дважды. Первый раз, когда спряталась здесь от одиночества, а второй – когда забеременела. С Мишей у меня не получалось.
У вас, Вера, хороший муж. Он прекрасный любовник. Мне никогда ни с кем не было так хорошо. К тому же он умеет чудесно ухаживать…
– Послушай, детка, или ты мне сейчас говоришь, что тебе нужно, или я тебя сейчас же вышвырну из комнаты…
Вера поднялась с дивана и встала, широко расставив ноги, словно готовясь к отражению удара.
– Хорошо. Я скажу. Мне важно, чтобы Илья после моего ухода не искал со мной встреч. Он ничего не знает ни о муже, ни о чем таком… Он будет страдать, когда поймет, что я бросила его. Но я к нему больше не вернусь. Потому что я теперь – не одна. – Она провела ладонью по своему животу. – И пусть нам всего лишь несколько недель, все равно я уже не одинока. И пусть Миша целыми днями пропадает на работе, пусть. Я буду выращивать в своем животе ребенка. И выращу его. У него будет все самое лучшее.
И Илья не должен заявлять свои права на него. Это мой ребенок, понимаете?
– Ты пришла, чтобы сказать мне об этом?
– Да. Ведь вы его жена. Я боюсь за него, и мне бы не хотелось, чтобы он тревожил меня, когда я вернусь в семью. Миша тоже настрадался. И решение принять меня обратно, да еще и с чужим ребенком в животе, тоже далось ему, я думаю, нелегко.
Поговорите с Ильей. Убедите его. А пришла я к вам в первую очередь для того, чтобы попросить прощения. Мне всегда было не по себе, когда я слышала ваше присутствие в квартире. Я не имела права ходить по этим комнатам, пользоваться вашими кастрюлями и тарелками, мыться в вашей ванне… Это ваш дом, ваша семья и ваш муж. Я оказалась здесь случайно.
Илья словно подобрал меня, выловил из холодной и глубокой реки. Или даже моря. Мне было тогда очень плохо. А он приласкал и долго любил меня. Вы простите меня? Вы обещаете, что не станете мне мстить?
– Не знаю… – развела руками Вера, увидев в этом визите очередной знак. – Смотря какие чувства я буду испытывать, глядя на мучения, как ты говоришь, Ильи.
– Пожалуйста, не угрожайте мне. Я же пришла к вам с миром.
А ведь она права. Она действительно пришла с миром. Рассказала о себе искренне, покаялась. Девчонка, безалаберная и подлая девчонка, в которой вдруг проснулась совесть? Или я что-то не понимаю? И как она может бояться меня ? В каком смысле и что это за страх? Страх, что я буду в дальнейшем помогать Илье бороться за свидания с ребенком? Вряд ли. Скорее всего ей просто хочется все забыть. Да, вот это больше похоже на правду.
– Ладно, Марина, иди. И ничего не бойся. В сущности, что такого особенного произошло и почему я должна злиться на тебя? Ведь это был выбор моего мужа.
И это именно он, а не ты, жестоко поступил со мной, приведя тебя сюда. Мало кто из мужчин способен на такое…
– Значит, мир? – Марина быстро, насколько только это было возможно, словно боясь, что Вера передумает, протянула к ней руки и крепко сжала ее кисти. – Я так рада, так рада… Теперь можно жить дальше. Спасибо вам большое. А теперь мне пора.
Она подошла к окну и выглянула на улицу. За прозрачными стеклами плавилась золотистая от фонарей ночь.
– Он уже здесь. Мне пора…
Марина, не оглядываясь, бросилась к двери, и Вера услышала, как через пару минут, в течение которых она, видимо, одевалась, осторожно закрылась входная дверь. Щелкнул автоматический замок, после чего загудел лифт. Стало тихо. И Вере показалось, что стало легче дышать.
Она подошла к тому месту, где только что стояла ее бывшая соперница, и смотрела на серебристую длинную машину, припаркованную прямо под ее окном. Увидела она и Марину, грациозной походкой направляющуюся к машине. Она даже не торопится… Вот женщина! Из автомобиля вышел мужчина, тоже высокий и худощавый. Он обнял Марину, что-то сказал ей и открыл дверцу. Помог сесть своей блудливой жене на переднее сиденье, и вскоре машина тронулась, увозя боль Веры и еще не родившегося ребенка Ильи.
Она зажмурилась. А что, если мне все это привиделось и никакой Марины здесь не было ?
Вера вышла из комнаты на кухню, согрела чаю. И по привычке, нечаянно поставила на стол две чашки.
Как Александр и предполагал, Писаревич одумался и позвонил ему. Но не в бюро, а уже домой. Была глубокая ночь, и по голосу Валерия Александр понял, что его приятель успел набраться по самые уши.
