— Александр Павлович, я бы пацану доверять не стал бы, — вмешался Греков.
Я повернулся к нему. Бесил он меня жутко. В том числе и потому, что я вынужден закрывать пробелы в его работе, в то время как он ходит здесь с довольной рожей и лыбится.
— А я бы вам доверять не стал. Вас давным-давно надо уволить за несоответствие занимаемой должности.
— Да ну? И на основании чего ты делаешь такие выдающиеся выводы? — зло спросил он.
— Хотя бы на основании того, что моя мать погибла по вашей вине.
— Твоя мать, щенок, погибла по вине твоего наркомана-папаши, что бы тебе в уши ни дудели Вьюгины.
— Хватит! — резко бросил Шелагин и взял меня за плечо. — Пойдем покажешь, как правильно использовать Полигон.
— А заодно он тебе по ушам поездит, — напрочь забыв о формальной субординации, бросил Греков придвинувшись. — Смотрю, в его роду умений хватает. Его сучка-мать знатная лгунья была. Врала как дышала.
Двинул ему я в челюсть от души.
— Не тебе, скотина, марать имя моей матери!
Шелагин встал между нами.
— Я сказал: хватит! — рявкнул он. — Заткнулись оба. Алексей Дмитриевич, по морде ты за дело получил. Нечего оскорблять тех, кто не может за себя постоять.
— Извиняться не буду. За правду извиняться не привык, — отрезал Греков, буравя меня ненавидящим взглядом. — Нельзя замарать того, кто сам в грязи по уши, щенок. А тебе, Сашка, я скажу: хочешь опять оказаться оплеванным — нянчись со своим Песцовым, но меня потом не вини.
Он махнул рукой и двинулся дальше по коридору, обойдя нас по широкой дуге. И правильно сделал: желание наподдать ему у меня было слишком сильным, чтобы я смог устоять, окажись он в зоне досягаемости. Не удержала бы меня рука Шелагина, которую он опять положил на мое плечо.
— Не пропало желание показывать мне секреты Полигона? — с легкой насмешкой спросил он.
— Если у вас не пропало желание дать клятву и есть при себе оружие, — в свою очередь ответил я, отводя взгляд от ненавистного Грекова, — то я готов хоть сейчас.
— Оружие всегда при мне. В чем там клясться нужно?
— В том, что вы никому не передадите эту информацию без моего разрешения. Вообще ничего из того, что вы узнаете в том зале Полигона, где мы будем, не станет достоянием кого бы то ни было.
Шелагин усмехнулся и клятву такую дал. Когда же мы вошли в тренировочную комнату и я активировал защиту, он внезапно сказал:
— Чтобы не было недоговоренностей. Я очень любил твою мать, я хотел на ней жениться, но ее вранье убило все между нами. Греков питал некие иллюзии, потому что связи между ней и Федоровым не находил, и он, признаться, взбесился, когда Зимин подтвердил, что ты не мой сын.
— А он подтвердил, что я сын Федорова? — заинтересовался я.
— Зачем это было проверять? Илья, ты же не собираешься утверждать, что Зимин ошибся и ты мой сын? Я в это не поверю. Детей у меня быть не может. Это подтверждено несколькими целителями.
Интересно, все ли они были из Живетьевых или Ведищевы тоже отметились?
— Не начну. Я вам другую историю расскажу. Запомните эти фамилии.
И я перечислил княжеские Рода, которые накопал Олег.
— Возможно, это не все, — предупредил я.
— И что между ними общего? — спросил Шелагин.
— Я предлагаю вам это найти самому, потому что ваш Род в этом же списке, хотя стоит немного особняком. Это первое, что я вам хотел рассказать. И второе. Греков сказал, что у меня три круга. Это неправда. Официально у меня не так давно зарегистрировано пять.
— Скачок на два круг? Это нереально.
— Это оказалось реальным при помощи главы Рода Живетьевых.
— Разве что целительская практика.
— Интересная целительская практика, после которой моему кузену стало намного лучше, а у меня прибавилось два круга.
— На что ты намекаешь? — напрягся он. Неужели слышал про Пиявку?
— Я ни на что не намекаю. Я хочу вам напомнить про обещание никому это не рассказывать, потому что эта информация опасна и для вас, и для меня. Недостающие детали мозаики у меня есть, но я пока не готов их вам передать, потому что не смогу доказать. Теперь давайте перейдем к тому, ради чего вы согласились со мной пойти — к секретам Полигона.
Терминал я вызывать не стал, чтобы уж совсем все секреты не выдавать, но и голосовое управление прекрасно работало. Когда из стены зазвучал голос, Шелагин начал озираться, рассчитывая увидеть динамик, но от этого увлекательного занятия ему пришлось оторваться, когда на нас пошла толпа изнаночных тварей.
Повертеться пришлось хорошо, потому что я сразу запустил третий уровень и добавил тварей по максимуму, но я был уверен, что вдвоем мы справимся. Заруба получилась та еще. Не знаю как Шелагин, а я получил настоящее удовольствие, используя попеременно то оружие, то заклинания.
Добили мы всех, и голос поинтересовался, отправлять ли новую волну, я ответил, что не надо, и спросил Шелагина:
— Ну как, знали вы об этой возможности Полигона?
— Признаться, даже намеков не слышал. А откуда знаешь ты?
— Родовой секрет, — отрезал я.
— Вьюгиных?
— Песцовых. Вьюгины ничем подобным не владеют. Не владела и моя мама.
Он нахмурился, явно не желая говорить о ней, и спросил совсем другое:
— Почему ты это рассказываешь?
