Хочешь, чтобы тебе не поверили, скажи чистую правду.
Потянуться бы, взбодриться, разогнать кровь. Но Вика лишь легонько выгнула спину, отведя назад руки, чтобы со стороны ее упражнения не слишком бросались в глаза, с трудом сдержала зевок и ненароком посмотрела на захаровское плечо. Надо же. Было и мягко, и тепло. А он этот взгляд заметил.
– Следующая физкультура. Не получится.
Между прочим, Вика ни о чем подобном даже не думала. Разве где-то на дальних-дальних задворках сознания ненужные мысли сами образовались. Без ее одобрения.
– Шла бы лучше домой.
– Да я вроде уже выспалась.
На физкультуру Вика честно переоделась в спортивный костюм, только с кедами замешкалась. На одном шнурок завязался в узел, и Вика долго с ним билась. Остальные девчонки уже ушли в зал, а она все сидела на краю лавочки в дальнем углу раздевалки и пыхтела над кедом. Узел затянулся слишком туго, не подцепишь. Утомилась даже. И разозлилась.
Решила передохнуть, успокоиться, а потом взяться с новыми силами. Прикрыла глаза, прислонилась головой к стене, несколько раз глубоко вздохнула.
– Вика!
От легкой тряски щека и висок проехались по шершавой стене, и мелкие неровности неприятно царапнули кожу Вика распахнула глаза и увидела над собой Жорикову соседку по парте Полинку Кирееву Та еще раз тряхнула за плечо:
– Урок сейчас закончится, а ты опять спишь!
Она спит? Ничего подобного. Только на минутку прикрыла глаза. Сейчас наденет кед – только шнурок домучает – и отправится в зал.
И что значит «опять»? Полинка заметила, как она биологию продрыхла? А кто еще заметил? Весь класс?
Почему все, что с Викой происходит, непременно становится всеобщим достоянием? Словно она звезда. А еще переживала из-за своей невидимости. Но насколько же спокойней было, когда не замечали, не следили за каждым действием, не тыкали пальцами, не обсуждали!
Громкая электронная трель возвестила, что в зал уже идти не стоит, и заодно подтвердила Полинкины слова. Значит, Вика действительно заснула. И даже на скачок во времени не свалишь. Это ведь жизнь, а не фантастика, чудом не оправдаешься. И для чего, спрашивается, в спортивный костюм переодевалась? Типа, как в пижаму?
Выползла из раздевалки, рот раздирала зевота. Сдержать ее не получалось, не то что в классе. И тут Вика нос к носу столкнулась с Захаровым.
Он сразу принялся ржать:
– Хорошо провела урок? На чужих портфельчиках тоже спать удобно? – И напомнил снисходительно: – Я же предупреждал, домой надо было идти.
– Да я точно выспалась, – насупилась Вика.
– Ты уже это говорила. – Захаров помолчал задумчиво несколько мгновений, а потом распорядился: – Пошли. – Опять ухватил ремень Викиной сумки, потянул за собой. – Перебьемся без алгебры.
Из школы они смылись. А дальше что?
Вика пойдет домой. Родители сейчас на работе и приставать с вопросом «Почему так рано?» никто не будет. Хотя спать уже не хочется. Вроде бы. Но вид кровати, возможно, подействует расслабляюще, как голос диктора в фильме про теорию Дарвина.
Вышли за ограду. Дальше им не по дороге, не в противоположные стороны, но в разные. Или…
– Ну ладно. Пока, – произнес Захаров, но почему-то немного помедлил, прежде чем развернуться.
– Пока, – откликнулась Вика.
Разошлись.
Вечером решили собраться у Марго. Ага, клубом. Но когда пригласили Жорика, он нерешительно замялся и начал бормотать, что, если бы знал заранее, то другое дело, а теперь ему жутко неудобно, уже есть планы. Марго резко прервала, казалось бы, нескончаемый поток его оправданий:
– Да ладно тебе. Никто обижаться не собирается. И, как я понимаю, Асю тоже нет смысла звать?
– Ну да. – Жорик смущенно кивнул. Зато не покраснел, как обычно. А когда он отошел, Марго сдержанно улыбнулась.
– Лихо у них закрутилось. А ведь столько лет в одной школе учились и друг друга в упор не видели. – Посмотрела на Вику. – Ты у них как фея-крестная. Появилась, взмахнула волшебной палочкой, и слепые прозрели, и Золушка встретила принца. – На последнем слове она критично хмыкнула. – Ну, может и не совсем принца. Но ведь у каждого свои критерии идеальности.
Вика в красках представила всю их компанию в декорациях романтичной истории от Шарля Перро.
Рослую Ассоль в стареньком платьице, чепце и переднике, Жорика в чулках и камзоле и себя в чем-то розовом и воздушном, порхающую над их головами. Та еще сказочка.
– Ну что, вдвоем? – уточнила Марго. – Ты же придешь?
Она не хотела показывать, но Вика уловила тщательно скрываемую за невозмутимыми интонациями надежду – и в голосе, и во взгляде. Подтвердила как можно убедительней:
– Конечно.
И она пришла. Ну… почти.
Пересекала двор по маленькой аллейке между тополями. Вот дом и подъезд перед глазами. Совсем немного осталось для того, чтобы прийти.
