Денис присел на корточки и собрал в пакет выкатившиеся бутылочки. Последнюю он повернул в руках так, чтобы видеть надпись на бумажной красно-белой наклейке, отдаленно напоминающей этикетку «кока-колы». Мимолетом Денис вспомнил, что Анку использовал те же цвета на своих конвертах. «Жидкость для розжига» – было написано на пластиковом бочонке.
Денис в недоумении посмотрел на Лану снизу-вверх.
– А зачем?..
– Так и знала, что нужно было брать бензин. Но где же его найдешь в центре Москвы?
Денис приподнял бровь.
– Скажи мне, незнакомка, ты всегда все вопросы берешь в свои руки?
– Больше, чем ты думаешь.
И тут же подумала, что прозвучало это двусмысленно.
Денис встал, растягивая губы в довольной ухмылке:
– Я-то как раз об этом и думаю.
Лана покраснела.
– Тьфу ты, дурак.
Она прижалась к Денису, стараясь скрыть свое смущение, и тихо продолжила:
– Я подумала, что я сделала большую глупость, только тогда, когда купила все это. Не будем же мы поджигать дом? Да и я «засветилась», где только могла. Тетка в магазине на меня посмотрела как на умалишенную. Представляешь, как я выглядела? Набрала целую кучу этой жидкости. Да и консьержка эта в подъезде…
– В каком?
– В первом. И, судя по всему, в единственном.
Денис сначала непонимающе изучал Лану, затем кивнул.
– Угу, единственный.
Он поставил пакет рядом возле ноги.
– Глупость, в общем, – продолжила она. – Но почему-то приперла сюда все это. Давай выкинем бутылки куда-нибудь и пойдем отсюда. С меня хватит этих приключений.
Но Денис покачал головой. Он чувствовал, что нужно было сделать еще кое-что. Довести начатое до конца.
– Ты все правильно сделала.
Лана отодвинулась и взглянула ему в глаза.
– В смысле?
– В смысле мы сейчас устроим этой сволочи чудесное жертвоприношение с костерком и всеми прочими удовольствиями.
– Но ведь ты же не знаешь… Что, если ты спалишь весь дом? Денис, не надо, это все глупости…
Денис взял ее за руку. Лана остановилась. Она посмотрела и удивилась, как изменился Денис – в мелочах, почти незаметных, но изменился. Он стал каким-то более уверенным, умудренным опытом, словно то, что произошло с ним, прибавило ему лет.
Он тихо, но отчетливо, проговорил:
– Я знаю. Он сказал мне.
– Кто он? Анку?
Он медленно покачал головой: вправо, влево и вновь вправо. И ничего не ответил.
Денис прошел в квартиру двадцать четыре, держа в руках пакет с бутылками. То странное ощущение безболезненного разряда, сопровождавшего вход в проклятую квартиру, появилось, но было настолько слабым, что Денис не сразу заметил его. Ему снова пришло в голову, что квартира, эта маленькая частичка мира Анку, просто напросто выдыхалась, как пиво в открытой бутылке – слабый запах еще чувствовался, но вкуса уже не было. Денис смог попасть в несуществующий подъезд дома номер шесть «а», но чувствовал, что пройдет час, два, – и это здание для Дениса будет точно таким же, каким оно было для всех остальных – с одним подъездом и шестнадцатью квартирами.
Серые стены, шкаф, тумбочка с телефоном, вешалка точно так же стояли на своих местах, но те блеклые цвета, в которые все это было окрашено, почти полностью размылись, превращая квартиру в выцветшую фотографию.
Он поставил пакет возле двери и провел ревизию. Получилось пять бутылок жидкости для розжига. Денис никогда не пользовался парафиновыми жидкостями и теперь немного волновался. Ведь то, что могло подойти для розжига углей в мангале, могло быть совершенно бесполезным сейчас. А что, если горючая жидкость вспыхнет и тут же потухнет?
«Хуже от этого не станет», – решил Денис и выбросил из головы ненужные мысли.
Он вытащил две бутылки. Затем отвинтил у одной пластиковую крышку. Тут же в нос ударил едкий химический запах. Денис взглянул на надпись «Без запаха» на бутылке и усмехнулся.
– Что ж, к операции готов. Надеюсь, Константин Андреевич, ты не будешь использовать это в качестве компромата.
Он двинулся в комнату. Голые стены, потолок и паркет. Вот и все. Только сейчас Денис обратил внимание на то, что здесь не было окон.
– Долбаный склеп, – пробормотал он.
Внезапно что-то произошло. Денис почувствовал холод. По коже рук побежали мурашки. Волосы на голове, казалось, встали дыбом. Через несколько секунд наваждение прошло, но Денис понял – Анку был здесь. Денис все еще имел возможность чувствовать присутствие Каина, но вот видеть его уже не мог. А Каин, в свою очередь, никак не мог воздействовать на Дениса, если не считать эти жалкие попытки. Пари закончилось, и теперь для Анку он был всего лишь смертным, свеча которого еще не собиралась потухать.
– Ты здесь, – проговорил Денис.
Вновь укол холода, словно Анку в злобе попытался ударить его, но чуть слабее.
«Надо скорее выметаться отсюда!» – решил Денис.
Он на секунду представил себе, как окончательно исчезает фантомная квартира с фантомным подъездом, и он, крича и размахивая руками, летит с высоты четвертого этажа, а люди в недоумении озираются, не понимая, что происходит. И где-то там, на тротуаре, на крик оборачивается Лана и слышит глухой шлепок упавшего тела.
– Тьфу ты, черт.
