Плохие дети полностью

– Мама! Отец! – Потом развернулся к людям возле киосков. – На помощь! На помощь!

Трое детей кинулись в его сторону.

Все, кто услышал крик, бежали к мужчине. Персонал парка громко переговаривался по рациям. Ребята наклонились над стеной, чтобы посмотреть.

– Я их даже не вижу… Думаете, они погибли? – спросил Дин Хао.

– Да. – Чаоян инстинктивно отпрянул от стены.

– А почему они упали? – громко поинтересовалась Пупу.

Стена была не меньше метра в ширину, и обычно люди спокойно сидели на ней, не теряя равновесия.

Насколько знал Чаоян, раньше здесь не было ни одного несчастного случая.

– Может, у одного из них случился сердечный приступ, и он потерял сознание, а второй упал, пытаясь ему помочь? – предположил он.

Дин Хао заметил спасательную команду, искавшую внизу тела.

– Давайте спустимся туда!

– Ни за что, – отрезала Пупу.

– Но я никогда раньше не видел трупов!

– Прекрати! Это будет ужасно бесцеремонно, – сказал Чаоян, бросив на него многозначительный взгляд.

– Я не хочу видеть кровь, – сказала Пупу.

– Ну пожалуйста! – взмолился Дин Хао. – Вы можете постоять в сторонке. А я посмотрю…

– Ладно. Можем спуститься; я проверю, всё ли в порядке с мамой.

Чаоян вздохнул, и они втроем двинулись вниз по лестнице.

Чаоян заметил мать – она разговаривала с коллегами.

– Мам, спасатели нашли тех людей, что упали со стены?

– О, вы уже спустились? Тогда езжайте лучше домой. У меня много дел, я не могу сейчас говорить, – ответила Чжоу. По ее мнению, парк в данный момент был не лучшим местом для Чаояна и его друзей.

– Так их нашли?

Чжоу поджала губы.

– Да. Охранники сейчас эвакуируют тела.

– И как они выглядели? – с горящими глазами поинтересовался Дин Хао.

Чжоу была слишком потрясена, чтобы отвечать.

Мужчина, громко закричавший после падения пожилых супругов, появился у выхода. Он заливался слезами; впереди него шли охранники с носилками.

– Мама! Отец! – повторял он снова и снова.

Даже зевакам стало его жаль.

Чаоян с друзьями подождали, пока они пройдут, а потом попрощались с матерью Чаояна. Покидая парк, еще раз увидели мужчину: он разговаривал с полицией, охраной и другими сотрудниками парка. Кажется, говорил что-то о кремации. Охранники подняли мешки с трупами и положили их в кузов фургона; за фургоном последовал полицейский патруль. Мужчина медленно побрел к своей машине, стоявшей на парковке.

– Глядите-ка, он ездит на «БМВ», – прошептал Чаоян.

Он мало что знал об автомобилях и не обратил внимания, что это самая дешевая из моделей, продающихся в Китае. Тем не менее «БМВ» попадались ему редко и олицетворяли богатство. Пупу пристально смотрела вслед машине, пока та не скрылась из виду.

Сюй Цзин вошла в допросную в расстроенных чувствах. Она споткнулась и едва не упала, но Чжан Дуншэн проворно ее подхватил. Сюй вырвала у него руку, словно не хотела, чтобы он дотрагивался до нее.

Чжан не ожидал такой реакции.

– Прости меня, это я во всем виноват. Я недосмотрел за ними, – сказал он тихонько. Теперь они оба плакали.

Сюй отвернулась, прикусила нижнюю губу и постаралась подавить рыдания. Полицейский пригласил супругов садиться и предложил салфетки и по стакану воды.

– Спасибо, – сказал Чжан, вынул из упаковки салфетку и промокнул глаза.

– Спасибо, что пришли. Я знаю, для вас это тяжелый момент. Сюй Цзин, ваши родители сейчас в крематории, я правильно понимаю? – Добродушное лицо полицейского выражало сочувствие.

Она не ответила.

– Нам надо зарегистрировать несчастный случай, а через несколько дней мы пригласим вас побеседовать с персоналом в национальном парке. Вы не против?

Чжан обернулся к ней:

– Что думаешь, Цзин?

Она была слишком расстроена, чтобы отвечать.

– Можете рассказать, что случилось на горе, господин Чжан? – спросил офицер.

– Все было отлично. Я учитель, в школе только что начались летние каникулы. Вот я и решил отвезти родителей жены на Саньминшань подышать свежим воздухом. Думал, мы посмотрим гору, а после обеда я отвезу их домой. Мой свекор, у него диабет – был диабет, – и высокое давление; наверное, такая прогулка оказалась ему не по силам. Но он постоянно повторял, что ему нужно упражняться. Я никогда не подумал бы, что… Ох, это все моя вина!.. – Чжан спрятал лицо в ладонях.

Офицер что-то записал.

– У них обоих было высокое давление?

– Нет, только у тестя. Моя теща была в отличной форме.

– Как они упали? – спросил другой полицейский.

– Мы дошли до площадки и решили сделать привал. Теща попросила меня их сфотографировать, а стена немного перекрывала вид, поэтому они оба сели на нее. Подумали, что так фото получится лучше. Я завозился с камерой – и в эти пару секунд, что отвлекся, услышал крик. А когда поднял голову, они уже летели вниз с горы. Мне надо было… надо было… – Голос Чжана сорвался.

– Поверить не могу, что ты позволил моим родителям сесть на эту стену! В их возрасте! Ты это допустил! – воскликнула Сюй.

– Ты права! Это моя вина! Но мне и в голову не пришло, что такое может случиться. Стена ведь очень прочная. Я до сих пор не понимаю, как они упали… – Он поднял голову на полицейского, словно ища у того поддержки.