Посторонний едва ли что-то понял бы, даже стой он за дверью. Но до Воеводина смысл фразы дошел сразу.
Он нахмурился, пожевал губами.
– Федя?.. Эдик?.. Предатели?
– Ну-ну. Пока лишь подозреваемые. Понимаю, неожиданно. Но не забывай, Дэн, Ларионов служил нам лет десять. И тоже никто подумать не мог. А Федор с ним дружил. И на посту в туннеле несколько раз дежурил. Ну, а Эдуард – новичок. Они к нам перебрались меньше года назад – Эд и Иван.
– Может, Иван – тоже предатель? – позволил себе саркастическое замечание Денис.
Сталкер Иван Громов с позывным «Лис» несколько раз вступал в бой с веганцами и их ручными мутантами. Вычисляя предателей, на Лиса следовало думать в последнюю очередь.
– Нет. Лис – точно нет, – Дмитрий Александрович никак не отреагировал на подколку. – А вот с Волком все не так просто.
Из-за звериных псевдонимов обоих сталкеров фраза прозвучала забавно. Денис вспомнил басни Крылова, которые обожал слушать в детстве, и улыбнулся. Полковник смерил Воеводина хмурым взглядом.
– Че ты ржешь, Дэн? Че я такого сказал? – процедил Дмитрий Александрович.
Потом понял и сам слегка усмехнулся.
– А. Ну да. Лис и Волк. Красиво. Ладно, к делу. Эд и Иван знакомы года два, не больше. Где раньше жил Эдуард, на кого работал? Там все очень смутно.
– Схватить да допросить. С пристрастием, – тут Денис зловеще ухмыльнулся. В Оккервиле не любили и не практиковали методы из арсенала предков. Но при острой необходимости можно было обратиться и к пыткам.
– Как вариант. Но можно и иначе. Теперь слушай внимательно, Дэн, и не перебивай. Выходите через два часа. До Новочеркасского проспекта идете вместе. А вот потом…
Ни одна живая душа не узнала, что именно сказал в тот день полковник Бодров сталкеру Воеводину.
Хитрый ход имени Александра Дюма, придуманный полковником, оправдал себя.
В общине Оккервиль имелось лишь одно место, где можно было не опасаться подслушивания. Этим местом оказался вестибюль станции Ладожская.
Как выяснилось впоследствии, Дима проспал почти сутки. Соня не сильно от него отстала.
Человек, как известно, не робот, нуждается в отдыхе. Можно заставить себя работать на пределе сил, но недолго. Потом природа все равно возьмет свое.
Ресурсы и резервы организма, которые позволили Диме и Соне дойти до площади Мужества, иссякли. Наступило время восстанавливать силы.
Денис Воеводин все понимал и ребятам не мешал.
– Пущай его покемарят, – приговаривал командир отряда. – Шутка ли, от самого Оккервиля – и аж до Мужества дошли. И это без опыта-то…
Соня проснулась в пять часов вечера. Она вяло потянулась, зевнула, спустила ноги с кровати. Первым делом навестила туалетное ведро в углу. Девушка очень стеснялась, но, к счастью, Денис и Эд куда-то вышли, и в схроне в это время находился только Царь. Федор возился с оружием: проверял, чистил, смазывал, светя себе фонариком. Других источников света в помещении не было.
Почувствовав себя лучше, Соня сделала быструю зарядку, чтобы размять мышцы. Лишь тогда мозг ее окончательно освободился от цепких объятий Морфея.
– А теперь, может, все же расскажешь, как ты сюда попал? – обратилась девушка к Федору Романову.
– Пришел. Ногами, – отшутился сталкер.
Такой ответ Соню не удовлетворил. Она подошла ближе и встала рядом, скрестив руки на груди. Взгляд ее, устремленный сверху вниз на товарища, был суровым и хмурым. Радость от встречи с человеком, которого девушка уже заочно похоронила, омрачалась досадой. В который раз вокруг Сони творилась чертовщина. Кто-то играл в темные игры, оставляя девушке почетную роль статиста.
– Не, реально. Откуда ты тут взялся? – она присела рядом на корточки, чтобы заглянуть в глаза Федору. – Что это за развлекуха у вас: пропадать и появляться?
– А я че? Я ниче… – Царь отвел взгляд, потупился. – Это Дэн все, его приколы. Точнее, полковника. Они че-то там намудрили. А я че?..
– Другие вон че, и ниче. А я как че, так сразу вон че! – передразнила девушка Федора.
Сталкер в ответ несколько раз удивленно моргнул. Одну из любимых шуток Сони он, по всей видимости, раньше не слышал.
– Ты взрослый мужик, Федя, вот че. Не фиг все на Дэна и полковника валить, – добавила девушка уже без тени веселости. – Сам должен за свои поступки отвечать.
– Да отвяжись ты от меня! – взревел Царь. – Мы – люди подневольные. Мне сказали – я пошел! Все! А че я могу?! Приказ, блин, есть приказ!
Соня оставила сталкера в покое. Села обратно на кровать. Рядом с Димой ей казалось безопаснее. Девушка нашла недоеденную тушенку и принялась выковыривать из банки кусочки мяса.
Больше всего на свете Бойцовой не нравилось исполнять роль пешки в чужой игре. Пешки, чьи интересы никто не учитывал. Пешки, которую никто даже не ставил в известность относительно планов на шахматную партию.
К Денису Воеводину накопилось много, очень много вопросов. Неприятных вопросов.
И когда командир, наконец, появился в подвале, Соня не обрадовалась ему. На приветствие не отреагировала, смотрела строго, недобро.
