От укуса змеи погибает Вика, жена заместителя начальника строительства Асуанской ГЭС. Как раз тогда, когда к мужу на стройку приезжает ее подруга Тамара. Смерть Вики кажется Тамаре подозрительной.
К вечеру похолодало. Прохлада после дневной жары поначалу показалась даже приятной. Поезд на Асуан опаздывал. Ожидающие его на перроне пассажиры не роптали, потому что знали: на железнодорожных путях готовится отправление состава с оборудованием для Плотины, по-арабски Саад-эль-Дали – это название здесь звучит повсюду. Стройка века, главное событие в этой части света, и работы на ней должны идти полным ходом без остановок.
Тамара слегка наклонила свой чемодан, открыла застежку с одной стороны и попыталась вытащить спортивную куртку – очень не хотелось класть новенький чешский чемодан на пыльный каирский перрон. Ничего не вышло, придется открывать и с другой стороны, но тогда плотно утрамбованные вещи непременно вывалятся. Или все же положить? Или, Бог с ним, с холодом, можно потерпеть, чай не Сибирь? Африка. Но март, он и в Африке март, зубы уже начали выбивать мелкую дробь. Стоп-кадр – полунаклоненная Тамара над полунаклоненным чемоданом – длился не долго. Кто-то присел рядом с ней и подставил надежные руки под ее чешское сокровище, и именно на такой высоте, где оно безопасно открывалось. От холода Тамара забыла смутиться, выхватила вожделенную куртку и только после того, как застегнула заедающую молнию до подбородка, взглянула на своего спасителя. Высокий мужчина с короткими рыжими кудряшками слегка улыбнулся – у него это получилось как-то галантно – и что-то быстро произнес на непонятном языке. С одинаковым успехом это мог быть и разговорный английский, и немецкий. Скорее все же английский, англичан в Египте много, как же, бывшая колония. Крутятся вокруг местного руководства, пытаются перехватить контракты и вовсю порочат стройку в международной прессе. Когда Тамара оформляла загранпаспорт в МИДе, ее просветили о непростой политической обстановке вокруг Плотины в Объединенной Арабской Республике, выбравшей путь социалистических преобразований.
Тамара поблагодарила вежливо, но сдержано. Еще неизвестно, стал бы он ей помогать, если бы понял, что она из Советского Союза. Благодаря грузинским корням ее здесь уже пару раз принимали за итальянку.
Делегация писателей и поэтов в кримпленовых костюмах, к которой Тамара присоединилась для поездки в Асуан, без особого интереса наблюдала сцену с чемоданом. Тамара подумала, что если бы она сразу сообразила сформулировать свою просьбу, они наверняка не отказались бы придержать чемодан. Но она того рыжего тоже не просила…
Эльвира, сопровождающая группу, еще днем представила ей членов делегации, но их имена Тамаре были не знакомы и сразу позабылись.
Не то, чтобы Тамара не любила поэзию – она даже аккуратно переписывала в тетрадь стихи Есенина и Ахматовой – те, которые не печатали. Те, которые печатали, ей были неинтересны.
– Что же вы, Томочка, не обратились за помощью к нам? – с укоризной произнесла Эльвира. – Зачем же сразу к иностранцам?
– Вот, ведь стерва, – про себя подумала Тамара, а вслух сказала. – Просто не успела.
Тамара ехала в Асуан к мужу. Сергея больше года назад откомандировали из Гидропроекта на строительство Асуанской ГЭС для ведения авторского надзора. Теоретически можно было ехать с семьей, но… дочь училась в музыкальной школе, отец недавно перенес инфаркт…. Речи не могло идти, чтобы отказаться от командировки. Немыслимо упустить возможность поучаствовать в столь грандиозном проекте. Это был шанс, который выпадает раз в жизни. И для профессиональной карьеры, и заработать денег. Сергей уехал один. Разлуку Тамара переносила тяжело. Поддерживали только письма.
Командировка заканчивалась через полгода, поэтому отпуска Сергею не давали, и он уже начал поскуливать, что дома-то оно лучше, и, вообще, он соскучился. Хотя на отсутствие подходящей компании ему жаловаться не приходилось. Его друг и непосредственный начальник из Гидропроекта Олег Антонович, работал заместителем директора строительства первой очереди Плотины, и жил в Асуане второй год вместе с женой Викторией, им было проще, детей у них не было. А Вика еще с детства была лучшей подругой Тамары. Сергею нравилось их поддразнивать: – «Мы с Тамарой ходим парой».
Желание увидеть подругу добавляло Тамаре упорства в «пробивании» поездки.
К Олегу Антоновичу она относилась с пиететом. Первоклассный специалист и организатор, член парткома стройки, спортсмен, эрудит, он поражал окружающих своей разносторонностью. Олег замечательно пел под гитару, да еще интересовался историей и природой Египта. Вика писала, что он забальзамировал всех обитателей пустыни, которые имели неосторожность попасться ему в руки.
Виктория окончила иняз, знала английский и немецкий. Писала, что иногда помогает Олегу на переговорах и осваивает арабский…
Наконец-то подъехал тепловоз с довольно обшарпанным составом. Замученные двухчасовым ожиданием пассажиры оживились и потянулись в вагоны. Внутри оказалось на удивление уютно, двухместные купе с умывальниками. Тамаре повезло, она оказалась одна в купе.
– Тамара, у вас все в порядке? – заглянула к ней Эльвира.
– Да-да, все хорошо. Только немного душно.
