Теперь Осия не мог понять ничего и только пожал плечами и за спиной Моисея подмигнул мрачному Аарону, мол, посмотри на своего брата, мелет чёрт знает что.
-Этот дурень, – показывая на Аарона, злым голосом проговорил Моисей, – решил больше не помогать мне и собирается сматываться в Елаф. Нет, каково Осия, а? И это мой родной и любимый брат! Как же я могу доверять другим, если даже мой брат предаёт меня и дело революции в самую трудную минуту?
-Я не предаю тебя Моисей, – глухим голосом пытался оправдаться Аарон, – я просто не думал, что так выйдет. Видимо такой я человек, что мне тяжело видеть всю эту кровь и страдания людей. Всю свою жизнь я пахал землю, а это твоя революция совсем другое. Да и семью жалко, что будет, когда Фараон победит? Повесят всех.
-Точно дурень, – подумал Осия, – хочешь драпать, драпай, зачем сообщать это первому встречному? Потихоньку собрал свои вещички и тю-тю Моисей. Точно дурень, наверное, недоношенным родился.
-Хорошо Аарон, – продолжал Моисей, – убежишь ты в пустыню и что дальше. Что ты собираешься там делать? Пески и барханы пахать? Или торговлей займешься? Что молчишь Аарон, поведай нам с Осией свои планы, может, и мы захотим то же делать.
-Не знаю я, не думал об этом.
-А ты подумай, хорошо подумай. Подумай, как через год ты загнешься в этой пустыне и не ты один, а вся твоя семья. Подумай, подумай, а мы с Осией пока вина выпьем.
От слов Моисея, Аарон тяжело вздохнул. Он видимо представил себя пашущего на верблюде песок и от этой безрадостной картины низко опустил голову, словно хотел спрятать её под стол. Осия же оживился, вино во дворце было и впрямь замечательное и, по всей видимости, Моисей ничего не знает про его план побега.
-Вы что меня идиотом считаете? – вдруг грозно спросил, обращаясь уже к обоим Моисей. – Вы думаете, что я не вижу, что мы проиграли? О, замолчи Осия и не пытайся рассказывать мне сказки о нашей блестящей победе, которая уже не за горами, – увидев его протестующий жест, почти закричал Моисей.
– Я всё вижу и знаю наперёд. Но в отличие от вас, бестолковых баранов, я знаю, что делать дальше.
Здесь он сделал паузу, привлекая к себе ещё больше внимания и помолчав немного, начал излагать свой план.
-Мы отступаем! Да, да и вы не ослышались. Мы уходим в Синайскую пустыню и уведём с собой всё еврейское население. Все этих баранов, кто клюнет на нашу удочку. Чем больше, тем лучше. Бараны наше будущее. Там в пустыне, мы сделаем из этой толпы первоклассных бойцов. Голод заставит их рваться в бой, и это будет такая армия, которую нельзя победить. С такой армией мы завоюем все земли в округе от Евфрата до Египта, а её жителей, хананеев, филистимлян, финикийцев и прочих, пустим под меч, вырубим под корень.
Ты слышал Аарон хвастливые предания хананеев, что их виноградную лозу надо нести на носилках1 двум человекам? Так вот, я дам каждому моему воину столько хананеевской земли, сколько он пожелает. Мы построим там справедливое государство, где захотят жить евреи со всей земли и поверьте мне, это будет рай. Так вот, я прямо сейчас хочу вас спросить, Осия, хочешь ли ты быть со мной и продолжать руководить моей армией, а тебя Аарон быть моим главным помощником?
Осия задумался.
– Денег у меня – куры не клюют, – подумал он, – так зачем мне эти сказочные земли? Не ровен час, и голову потерять можно. Ну, его к чёрту этого Моисея со всей его хвалёной армией. Надо сбежать,
1. Библия. Чис.13:24
причём сегодня же. Нашли дурака.
Но это говорил его разум, а сердце в груди радостно запрыгало, как тогда в пустыне, когда точно так же Моисей обещал ему золотые горы. Видимо зараза жажды власти уже успела проникнуть в его сознание и как обыкновенная жажда не давала ему покоя. А, что, может попробовать? Сбежать я всегда успею. А вдруг Моисей прав и я буду великим полководцем?
Привыкший мгновенно принимать решения, Осия не долго думая, встал из своего кресла и словно принося присягу произнёс: – Я с тобой Моисей.
Аарон понимал, что Моисей тысячу раз прав. Жизнь и так уже покалечена, так зачем ещё её усугублять. Да и стоило Моисею заговорить о плодородных хананеевских землях, как вся его крестьянская сущность потянулась к этой наживке. Он понимал, что это опять будет кровь, он понимал, что нельзя построить своего счастья на несчастье другого народа, но наживка сработала и заглушила голос разума. Аарон тоже встал и, стараясь, не думать, что будет в будущем, ответил: – Я с тобой брат.
Явно обрадованный таким исходом Моисей усадил их и стал излагать план действий.
