Следующие два дня Мири нагоняла упущенное по школьной программе, а в остальное время отсыпалась. Ее никто не беспокоил, и она тоже не хотела лишний раз с кем-то разговаривать. Устала настолько, что едва выдержала разговор с матерью.
Да, ее команда ухватились за проект и активно принялись за работу. Некоторое время мама будет занята только этим. Как ни странно, это радовало.
Тамари и Лира в школе несколько дней не появлялись, поэтому не представилось возможности узнать, как дела у больного.
Когда все немного улеглось, и жизнь вернулась в привычное русло, Мири договорилась встретиться с Тиуром в кафе. Он подумал немного, помялся и, набравшись смелости, предложил ей интересный вариант посидеть там в полном уединении после закрытия.
У Тиура был доступ, которым он решил воспользоваться. Работники «Ведьминой избы» могли раз в месяц использовать площадь кафе в не рабочее время в личных нуждах — особая привилегия, которая давалась лучшим сотрудникам. Как правило для того, чтобы позвать пассию на свидание, или устроить вечеринку с друзьями. Это безобразие ограничивалось сводкой правил, поэтому все было культурно — никто не хотел лишиться такого приятного бонуса.
Тиур объяснил выбор места и времени встречи тем, что ни разу не пользовался этой возможностью, а отдавал ее коллегам, кому было кого сводить на свидание. Но ему тоже стало интересно узнать, каково это. Исключительно в познавательных целях.
— Так все же, это свидание, получается? — прищурилась Мири и отпила кофе. Тиур знал, что она предпочитала черный, без сахара, приготовил напиток не задавая вопросов. Аромат у этого кофе просто потрясающий!
Тиур невозмутимо поправил очки и приобнял себя за плечи.
— Как тебе будет угодно. Я лишь хотел разделить с кем-нибудь это место в такой волшебный час. Но, признаться, я удивлен, что ты осмелилась выйти из дому в такое время. Я предложил тебе прийти сюда из любопытства, никак не ожидал, что решишься. Ты не побоялась остаться наедине со мной. Такая маленькая и хрупкая…
— Я на ночной режим перешла в последнее время, — пожала плечами Мири. — Сегодня мне снова не спалось. Навязчивые сны не дают отдохнуть.
— Понимаю, — Тиур посмотрел в окно. По улицам пронеслась череда самодельных, громко ревущих машин. Сегодня проходили те самые гонки, о которых он как-то упоминал. Они слепили друг друга и таранили. Стая разъяренных гончих на колесах, не иначе.
Мири осматривала помещение: лампы не работали, только гирлянды зеленым светом освещали столики у окна. Украшения на стенах в форме грибов сияли фосфорными вставками, а барная стойка утопала в тени. Только изнутри бар подсвечивался. Но стеклянная витрина была заперта — алкоголь сотрудникам брать нельзя. Но Мири это и не расстраивало. Тиур заранее отложил ей несколько десертов, чему Мири была несказанно рада. Сам он ограничился чаем.
Обсудив великолепие безлюдного кафе и хорошую, ясную звездную погоду, Тиур плавно перешел к делу и высказал свою тревогу по поводу того, с какой компанией связалась Мири и чем это чревато.
— Это очень опасно. Я беспокоюсь, что однажды, в сводке без вести пропавших, найду твое имя.
— Вы все странные какие-то. Твердите одно и то же. Не нужно за меня беспокоится, я сама могу за себя постоять.
— Ты слишком самоуверенна. Но вот представь: у меня дурные намерения, и ты заперта тут, со мной. И я точно знаю, что дома тебя никто не ждет ни сегодня, ни в ближайшие дни. Что будешь делать?
— А у тебя они дурные?
— Это ты сама суди. В кои-то веке расчищен танцпол, хотел предложить тебе немного размять ноги.
— Ну, эм… не думаю, что это что-то ужасное.
— А я и не об этом. Ты настолько легкомысленна, что и не задумываешься о потенциальной угрозе. Хотел припугнуть тебя, но ты непрошибаема.
— За последнюю неделю я пережила вещи и пострашнее тайного свидания глубокой ночью.
Пиликнул телефон на столе, пришло сообщение, всплыв иконкой на главном экране.
«Ведьмина изба? 2 часа ночи, что ты там забыла???» — вопрошал незнакомый номер.
— Не такое и тайное оно, как я погляжу, — учтиво улыбнулся Тиур. Мири хмурилась, размышляя.
Она никому не говорила, что куда-то пойдет, людей мимо витрины не проходило — никто не видел ее. Остается один вариант — Румар реабилитировал своего утопленника и пробил ее телефон по местоположению. Бесит.
Номера Тоомаш она не знала, не записывала.
Поэтому Мири просто отключила телефон. Нечего за ней следить! Никакого уважения личного пространства.
— Владелец гаремника не желает делиться своими сокровищами? Однако… — Тиур поправил свои рыжие кудри и скользнул к барной стойке, всунул провод в розетку и включил музыку. — Это он-то видит во мне конкурента? Это просто смешно.
— Никакой это не гаремник! Я лишь помогаю Румару со всякой потусторонней мутью. Я же говорила тебе, мы следы дочери графа искали. Он просто постоянно загоняется по поводу моей безопасности. Нервный, чудится Тоомаш всякое. Знаешь ли, с его хобби это неудивительно.
