Робогорничная появилась снова, но теперь я заметил, что статус-огонек на ее лбу сменил свой цвет с зеленого на желтый.
– Поверьте, мэм. Я на строгой диете.
На этот раз робот покатился на кухню слегка спотыкаясь.
– Но у вас наверняка найдется местечко еще для одной штучки.
Появившийся дроид уже дрожал.
– В самом деле не могу, мэм.
Дроид в очередной раз убрался на кухню, где, наконец, испустил дух. Из-под корпуса мотора посыпались искры и за дверью кухни послышался приглушенный взрыв. Черный дым просочился через щель неплотно закрывшейся стеклянной двери. Прозвучал сигнал тревоги и мы услышали, как заработали разбрызгиватели.
– Ох, дорогуша.
В кухню проворно вкатилась пара роботов из противопожарной службы.
– Думаю, еще стаканчик чаю не повредит, – снизошел я.
Бабушка Бакерман заулыбалась, похлопала меня по колену, и поднялась на ноги.
– Паинька, – похвалила она. – Я сейчас вернусь.
– Может, помочь вам? – спросил я, вставая.
– Вы могли бы сходить к главному пульту управления и выключить тревогу. Пожарные роботы мигом устранят проблему.
– А где пульт управления?
– Кажется, в кладовке холла. Прошу извинить меня за царящий там беспорядок.
Бабушка быстро ушла на кухню, а я повернул в другую сторону и прошел в холл у входа. Едва я открыл дверь кладовой, как оттуда на меня хлынула лавина допотопных бабушкиных безделушек, заполнивших доверху полки. Свечи, чайные чашки и шкатулки для мелочей очутились на полу вокруг меня и я получил в процессе «схода лавины» несколько ударов по голове от различных статуэток. Очевидно, Бабушка Бакерман давным-давно не наводила порядок в своей кладовке (если только вообще ее открывала).
Пульт управления находился у дальней стены комнатушки, позади стеллажей и, что бы добраться до него, мне пришлось сдвинуть в сторону массу безделушек. При этом мне на голову высыпалась груда старых бумаг, разлетевшихся по полу. На фото одного из плакатов я заметил юное лицо Бабушки Бакерман. Наклонившись, я поднял лист, чтобы посмотреть внимательней.
Цветной снимок поблек от времени, но отпечаток сохранил четкость. Это действительно была Бабушка Бакерман в те дни, когда ее моложавый вид был более естествен. На фото она казалась более умудренной жизнью, ей было не девятнадцать, а лет сорок – сорок пять, но все равно она была прекрасна. Фактически, она выглядела почти копией нынешней ББ. Лукавая улыбка и манящий взгляд искоса довершали портрет. Это была реклама стрип-клуба под названием «Нексус – 6» сорокалетней давности и Бабушке Бакерман были посвящены несколько строк.
Помните я сказал, что нередко незначительная часть информации придает абсолютно новый поворот делу? Так вот: глядя на рекламное фото, я почувствовал, как тайна ББ собирается в единое целое словно стекляшки калейдоскопа. Сорок лет назад Бабушка Бакерман была знаменитой экзотической танцовщицей. Это было задолго до тех вечеров, о которых вспоминала ББ. Но частицей информации, оказавшейся недостающей частью головоломки, оказался сценический псевдоним Бабушки. Открытие поразило меня так сильно, что я произнес псевдоним вслух:
– Корица!
Извинившись, я покинул жилище Бабушки Бакерман, сделав это по возможности быстро и вежливо, после чего заспешил по коридору к лифту.
– Как получилось, что она не упомянула о своей профессии экзотической танцовщицы? – спросил внутри моей головы ГАРВ.
– Не сейчас, ГАРВ, – пробормотал я.
– И разве не странно, что она не открыла нам своего сценического имени Корица?
– Ты блестяще усекаешь очевидные вещи, – скрипнув зубами, процедил я. – Однако, я не хочу говорить об этом, пока мы не выберемся из здания.
Я был счастлив и чуть удивлен, увидев служителя-андроида, ожидающего меня возле лифта.
– Великолепно, – шепнул ГАРВ. – Еще одна поездка в лифте с мясником от грамматики.
Я проигнорировал ГАРВа, а электронный лифтер подобострастно открыл передо мной прозрачную дверь и проводил меня в кабину.
– Первый этаж, пожалуйста, – сказал я, входя.
– С огромным и абсолютным удовольствием, – отозвался дроид, и дверь закрылась.
– Фрагментированная фраза, – заметил ГАРВ.
– Прошу держаться за боковые поручни при спуске, – предупредил дроид. – Если вы житель провинции, где все еще разрешена табачная продукция, пожалуйста помните, что табачные продукты и субпродукты запрещены на данном устройстве, как это обусловлено…
– Разве мы не проходили все это? – спросил я.
– Извините, сэр, таковы правила, – произнес дроид и лифт начал свой спуск.
– Я из Нью-Фриско, – не выдержал я глумления. – Я не употребляю табак, не пользуюсь какими-либо производными каннабиса и, как видите, держусь за поручень. Сейчас мне хочется лишь очутиться на земле.
Последовал резкий толчок и лифт остановился.
Я вгляделся сквозь плекси-стены и увидел, что мы находились между этажами на высоте примерно двухсот этажей над землей.
– О-хо, – отреагировал ГАРВ у меня в голове.
– Эй, это не первый этаж, – обратился я к дроиду, хотя и не сомневался, что ему это известно.
– Верно, – сказал служитель.
– Мы остановились, чтобы взять пассажира? Если да, то надо было сделать это на одном из этажей.
