— Это просто что-то невероятное, — артефактор был так поражён, что даже осип от волнения. Да и умник не мог подобрать слов.
Он вытаращился на меня, сняв очки.
— Серёжа, ты просто гений. Если это правда — а повода в тебе сомневаться у меня нет — то надо срочно сообщить эту новость императору.
— Коля не поверит, а только через него пока можно связаться с его величеством, — отметил я. — У нас же телефоны все конфисковали на время, забыли?
— Мы выступим гарантами твоих слов, — сжал губы умник. — Я просто впервые вижу такую подробную схему. Это надо точно изучить.
— Изучим, после того как сообщим, — ответил Евграфий Романович. — Ведь можно обойтись без жертв. Представляете, сколько народу обычно гуляет на Красной площади? А сегодня ещё и выходной… Я уж не говорю про туристов!
— Серёжа, мы уже вызвали Николая, — ответила маман, и тут же скрипнула на металлических петлях дверь. В каюту зашёл взмыленный Коля.
— Что за срочная информация, на грани жизни и смерти? — он осмотрел нас.
— Сообщите императору, что через двадцать пять минут будет прорыв на Красной площади, — ответил я.
Коля помолчал, затем прыснул со смеху.
— Это важно, Николай, — добавил я. — Информация стопроцентная.
— Ну да, прорыв на Красной площади… А почему сразу не в покоях императора? — выдавил Коля. — Это же розыгрыш, да?
— Нет, мы подтверждаем, — насупился умник.
— Только вот не надо на меня так смотреть, — строго ответил Коля. — Я то свяжусь. Но кому потом прилетит, если это неправда? Мне, конечно.
Он замолчал, затем покосился на карту, присел возле неё.
— Это Серёжа составил… он гений… просто гений! — воскликнул Иннокентий Павлович.
— Ладно, гений, если что я скажу, что ты меня вынудил связаться, — пробурчал Коля.
Чуть позже информация поступила во дворец императора. А когда до прорыва оставалось менее пяти минут, с нами связался по видеосвязи Романов.
Он был удивлён и в тоже время очень сильно нервничал.
— Я нахожусь в очень непростой ситуации, — ответил Романов. — Если это окажется неправдой — я выставлю себя паникёром. А это уже слабость монарха. Поэтому мне нужно знать, откуда вы взяли эту информацию.
Родители только хотели объяснить, но тут я решил включиться в разговор. Времени не было объяснять.
— Ваше величество, поверьте мне. Схема сложная, и по телефону я вам ее никак не расскажу, скоро ученые предоставят вам все нужные сведения, — сказал я. — И я скажу место следующего прорыва.
Император откинулся в кресле и шумно выдохнул:
— Мне это, наверное, снится… Ну, хорошо, конец связи. Ждём…
Через пять минут по радио начался экстренный выпуск новостей. Диктор сообщил, что заблаговременно ликвидирован опаснейший прорыв на Красной площади. В связи с чем удалось избежать многих жертв среди мирного населения.
Следом в класс, где мы собрались, залетел Коля.
— Я не верю в это! Как ты это сделал⁈ — закричал он.
— У меня своя методика, очень сложная, — пожал я плечами. — Вот и получилось.
Не буду я ему объяснять, сколько времени потратил на то, чтобы понять все взаимосвязи и собрать их в единое целое.
Следом с нами тут же связался император. Он был обрадован хорошим новостям.
— Ты меня удивил, Сергей Смирнов! — воскликнул Романов. — Никогда бы не подумал, что буду слушать семилетнего мальчика больше, чем своих советников. Но ты оправдал моё доверие. Обязательно пообщаемся во дворце, когда вернётесь в столицу… Ты уже определил место следующего прорыва?
— Это занимает какое-то время, — объяснил я. — Сейчас и займусь.
— Давай, удачи, — одобрительно кивнул император. — И мне сразу же сообщите.
Я вернулся в каюту, окружил себя питомцами, расстелив карту на полу. Родители отправились в сторону магазинчиков. Раз мы скоро сойдём с линкора, может какие сувенирчики прикупить на память. Это была идея маман, на что бате было проще согласиться, чем доказывать, что магнитики на холодильник нафиг нам не нужны.
Ко мне в каюту попросились старички, затем Коля и ещё несколькими военными. Все принялись заворожённо наблюдать, как я вычерчивал кривые, отмечал пересечения, выводил общие закономерности, а потом искал финальную точку.
В общем, когда я обвёл точку на карте и прописал время, торжественно объявил:
— Дамы и господа! Чёрное море, десять километров от нас на юго-восток. Через пять с лишним часов. На этот раз небольшой прорыв.
— Да как он это делает? Кто-нибудь, что-нибудь понял? — оглядел собравшихся один из командиров.
— Федь, это не для твоего совсем негибкого ума, — хохотнул ещё один военный.
— Да ты и сам нихрена не понял, — оскалился Федя.
— Что тут за собрание? — спросил батя, появляясь с маман.
— Ваш сын предсказал только что ещё один прорыв, — с плохо скрываемым удивлением отозвался Коля. — Пойду доложу наверх. И… кажется мы плывём обратно, в море.
Капитан линкора сфотографировал отмеченное мной место на карте и покинул каюту, вместе с остальными военными.
— Эх, — всплеснула руками маман, — А я уже настроилась. Так хочется домашней еды.
— Здесь тоже неплохо кормят, — отозвался я.
— Я согласен с Серёгой, — ответил батя, помогая мне свернуть карту Российской Империи.
