Что, если ты случайно влюбишься в своего тренера по плаванию?После того как я чуть не захлебнулась в бассейне, меня спасает самый горячий спасатель, которого я только видела. А после он предлагает мне уроки плавания.Честно говоря, Грей Миллен мог бы спокойно сниматься в рекламе.Или быть звездой.Я принимаю его предложение, и между нами сразу вспыхивает химия. Грей терпеливый, привлекательный и чертовски обаятельный.Он под кожей, в мыслях, в моей системе.Вот только есть небольшая проблема: у меня правило — никаких романов. И плюс он мой тренер…Когда мы с Греем решаем ограничиться только одной ночью, я уверена, что это поможет мне перебороть свою простую физическую тягу к тренеру.Но так ли это?Для Грея — нет. Он хочет большего. Но сможет ли он уговорить меня нарушить мои собственные правила?Убедить меня довериться ему?Или же его секрет утопит наши отношения, так и не успевшие начаться?
Первое, что я вижу, когда захожу в раздевалку, — это обнаженная грудь незнакомки.
— Черт! Прости! — Машинально прикрываю глаза рукой, чтобы не пялиться дальше, не успев сдержать ругательство.
Я привыкла видеть голые тела — моя младшая сестра постоянно разгуливает по моей квартире, как по подиуму. Но столкнуться нос к носу с голой грудью незнакомки — это совсем другое.
— Все нормально, — раздается мягкий голос незнакомки, а затем — легкое шлепанье ее босых ног по плитке, когда она уходит.
Я опускаю руку, когда понимаю, что можно не опасаться неловкостей, радуясь, что раздевалка не переполнена. Хотя, тут все же несколько женщин, каждая в разных стадиях раздевания.
Сжимая текстурированные лямки своего новенького спортивного рюкзака еще крепче и с усилием отлепляя подошвы шлепанцев от рифленого пола, я пробираюсь мимо полураздетых тел, стараясь ни с кем не встретиться взглядом, ища свободную кабинку для переодевания.
Заметив одну слева, я направляюсь к ней, отчаянно стараясь слиться с толпой… будто я в самом деле знаю, что делаю. Скользнув за деревянную дверь и надежно заперев ее глухим щелчком, позволяю себе наконец привалиться к гладкой, выбеленной стене.
Мысленно вычеркиваю первый пункт из моего тщательно продуманного плана.
Иначе все пойдет к чертям.
Выдыхаю так сильно, что слои только что подстриженных волос выбиваются у лица, и отталкиваюсь от, надеюсь, продезинфицированной стены.
Из зеркала напротив меня на другой стене кабинки на меня смотрит мое отражение — настоящее нервное потрясение: два ярких пятна горят на скулах, а неровные розовые пятнышки покрывают основание шеи.
— «Но тогда ты будешь неудачницей…» — ехидно подмечает внутренний голос.
Отворачиваюсь от своего дрожащего отражения, бросаю сумку на скамейку, рывком открываю молнию и начинаю рыться в аккуратно сложенных вещах.
Одно большое, пушистое, белое полотенце.
Одна запасная резинка для волос.
Одна расческа.
Один новый, цельный купальник, на котором все еще висит бумажный ярлык.
Вот и все.
Следующий выдох вырывается из моих губ со слышным «фууух», когда я отмечаю для себя следующий этап моего тщательно продуманного плана.
Быстро скидываю шлепанцы — на мгновение не в силах сдержать поток мыслей о том, сколько бактерий сейчас кишит на этом полу, стенах, скамейке, двери — я скидываю джинсовые шорты и стягиваю через голову свою фиолетовую майку, оставшись в одном белье.
Я сбрасываю и их, хватая новый черный купальник, который выбрала для себя. Скользкая ткань струится между пальцами.
Бумажный ярлык срывается с легким щелчком, как и защитная гигиеническая наклейка в области паха… Немного дольше возиться с маленькой пластиковой заглушкой, которая всегда плохо отрывается и впивается в кожу, если ее оставить, но вот я уже влезаю в купальник, натягивая его на бедра.
Изгибаюсь и напрягаюсь, тяну и поправляю, уже почти задыхаясь, пока купальник, наконец, не садится на мое тело.
Руки нервно трясутся, когда я разглаживаю облегающую ткань на животе — тот самый небольшой выступ, от которого я не могу избавиться, сколько бы занятий йогой ни посещала. Провожу ладонями по верхней части бедер, высокие вырезы действительно не шутят: вижу каждую серебристую растяжку, украшающую самую мягкую часть моей кожи. Поднимаюсь обратно по ребрам к груди, чтобы убедиться, что «девочки» сидят на месте — как бы я сейчас хотела быть обладательницей маленького аккуратного размера B, а не натурального двойного E — и, наконец, собираю волосы, которые щекочут спину.
Собираю все густые пряди каштановых волос вместе, выпрямляю их и скручиваю в привычный высокий пучок. Короткие волоски все равно торчат по всей линии роста, и я жалею, что не захватила шпильки, особенно сейчас, когда ощущаю, как один локон выбился и щекочет шею, но ничего не поделаешь.
Сегодня придется смириться.
Пятки скользят обратно на прохладную пористую поверхность шлепанцев. Я аккуратно складываю одежду в сумку и, сделав еще один глубокий вдох, поворачиваюсь, чтобы открыть дверь кабинки.
Вторая часть моего плана — выполнена. Завершено. Галочка.
Во рту пересыхает, когда я выхожу в общую зону, остро осознавая, что на мне только купальник.
Пересекаю пространство, открываю пустую ячейку и засовываю руку в крошечное переднее отделение своей спортивной сумки, чтобы достать золотистый жетон размером с монету, который мне дали на ресепшене.
