Мы стояли на плоскости
с переменным углом отраженья,
наблюдая закон,
приводящий пейзажи в движенье,
повторяя слова,
лишенные всякого смысла,
но без напряженья,
без напряженья…
Лестница взорвалась аплодисментами. Песня была настолько кстати, что казалась специально написанной для этого случая. Впрочем, второго куплета Пирошников не помнил, а потому принялся импровизировать:
Но при полном согласии
с несговорчивым теодолитом
мы по струнке прошли
мы прошли между быдлом и бытом,
повторяя слова,
знакомые камню и ветру,
со смыслом избитым,
смыслом избитым.
